В. Молотилов

ka2.ru

Валамiръ

Йосипу Ужаревичу

Предыдущая глава ka2.ru


2. Готөическая Русь
ka2.ruервымъ дѣломъ расписанiе занятiй: впереди «Уннiя» и «Матка народовъ», слѣдите за ходомъ полевыхъ работъ въ имѣнiи. А сейчасъ продолжу давешнiй начатокъ разговора о готөахъ. Двѣ лишнiе въ XXI вѣкѣ буквы предложнаго падежа, такъ точно. Никакъ нѣтъ: запасъ карманъ не тянетъ, тѣмъ паче золотой запасъ золотыхъ сновъ. Отнюдь не моихъ, да оно и къ лучшему.
ka2.ruже с самого начала существования Третьего рейха германская “преистория” стала рассматриваться не только с научной, но и с политической точки зрения. Неудивительно, что со второй половины 1930-х гг. большинство германских исследований по готской тематике так или иначе обслуживали грядущее великое переселение “истинных арийцев” на земли Восточной Европы, туда, где раньше находились обширные владения готского короля Эрманариха. ‹...›
     Поэтому далеко не случайно отдел археологии печально известного института СС «Аненербе» («Наследие предков») возглавлял известный специалист по культуре готов Герберт Янкун. ‹...› Известно, что Гитлер планировал переименовать Симферополь в Готенбург (Город готов), а Севастополь — в Теодериксхафен (Порт Теодориха). ‹...›
     Теперь исследователи называют остроготское государство Эрманариха не иначе как первой германской империей или просто великой державой (Grossmacht) ‹...›
     Историки Третьего рейха в один голос утверждали, что готы создали не только первое германское государство, но и первую национальную церковь, первый германский героический эпос, руны, шрифт и письменность. ‹...›
     При весьма большом разбросе во взглядах немецких учёных относительно территории остроготского государства Эрманариха, в германской историографии прослеживается явная тенденция к постепенному раздвижению его границ. Так, если, по мнению Г. Пфалера, Ф. Еркерта, О. Бремера остроготское государство занимало территорию от Днестра до Дона и от Черного до Балтийского моря, то по М. Эберту, Г. Коссине и Г. Шютте оно простиралось от Днестра (Карпат) до Урала, а с точки зрения К. Глогера остроготы занимали уже всю территорию от Дуная до Волги, от Чёрного до Балтийского моря.‹...›
     После окончания Второй мировой войны и денацификации Германии учёные ФРГ, ГДР и Австрии приложили немало усилий для пересмотра устоявшихся взглядов на историю и археологию древних германцев и упразднения ненаучных построений в духе Г. Коссины и его последователей ‹...› Не следует забывать, что в ФРГ в 1950–60-е гг. продолжали работать историки и археологи, профессионально состоявшиеся в годы Третьего рейха. Поэтому тогда ещё встречались отголоски старого подхода к государству Эрманариха, идеализации готов как  особо одарённого германского народа.
Зиньковская И.В.  Королевство Эрманариха в истории
Восточной Европы IV века. На правах рукописи. Воронеж.  2010. С. 103–107.

Вотъ вамъ и сны золотые. Оказывается, навѣвалъ ихъ убiенный на прошломъ занятiи Эрманарихъ, Александръ Македонскiй готөовъ. Эрманарихъ навѣвалъ, Гитлеръ впадалъ въ трансъ и собесѣдовалъ съ его тѣнью? Я вамъ не Шекспиръ выдумывать ахинею про Гамлета. Духовная связь короля и фюрера возникла и поддерживалась не явкой съ того свѣта или бѣснованiемъ взыскателя: налицо куча-мала посредниковъ и порученцевъ. Зиньковская И.В. сообщаетъ имена козловъ отпущенiя, и только. Потаенныхъ воротилъ и заправилъ ей, по правдѣ говоря, и не положено знать: не вхожа. Слово предоставляется обладателю разоваго (eh bien, merci) пропуска: „Врагъ не вѣдалъ, дурачина, — тотъ, кому всё поручилъ онъ, былъ чекистъ, майоръ развѣдки, и прекрасный семьянинъ”.

Семейное положенiе майора законнымъ образомъ устоялось въ довольно-таки преклонномъ возрастѣ, но къ дѣлу таковое приобщить следуетъ всенепремѣнно: решенiе трудоустроиться въ НКВД напрямую связано съ желанiемъ оградить будущую супругу отъ слишкомъ пристальнаго вниманiя того же НКВД. А вотъ странноватую связь госбезопасности съ готөами слѣдуетъ предъявить въ развёрнутомъ видѣ.

Предъявляю.

Петров В.П.Чтобы объяснить появление новых элементов материальной культуры Приднепровья в I в. н.э., проф. Д.Я. Самоквасов выдвинул гипотезу этнической миграции дако-гетского населения Подунавья. Он полагает, что дако-геты вследствие римского нашествия были вытеснены с Балканского полуострова. После войн императора Траяна они бросают свои древние селища и передвигаются в Приднепровье. По мнению проф. Самоквасова, факт этого переселения засвидетельствован кладами римских монет, которых в Приднепровье множество; население Подунавья, уходя с Балкан и не имея возможности спасти свое имущество, захватило с собой только денежные средства.
     Именно клады монет и опровергают сложную миграционистскую комбинацию уважаемого учёного. Если бы завоевание Дакии Траяном действительно привело к выселению туземного населения Балкан в Приднепровье, то в кладах на территории Украины преобладали бы денарии именно этого императора или его предшественников; между тем найденные здесь монеты в большинстве своём более поздней чеканки. Черняховская культура не является дако-гетской; она не принесена балканскими эмигрантами времён Траяна.
     Бытует ещё один подход. Он широко распространён в западноевропейской науке и пользуется признанием не только в Германии, но и у польских и даже украинских учёных. Оказывается, черняховская керамика — готская. Ссылаясь на сообщения исторических источников о переселении готов из Прибалтики в Причерноморье, немецкие учёные утверждают: Черняхов, Маслово и т.д. — яркие свидетельства пребывания готов на Украине.
     Действительно, пока на Украине знали 5–7 памятников черняховского типа и вся она предствлялась лесной и степной пустыней, готская гипотеза сохраняла некоторое правдоподобие: никаких других памятников в наличии не было, а письменные источники сообщают о пребывании здесь готов если не c 215 г., то в 266 г. наверняка.
     На современном этапе источниковедения готская гипотеза утратила былую основательность. Приходится задать вопрос: как готы за столь малое время могли заселить просторы Украины от Днестра до Донца и от морского побережья до бассейна Десны?.. Согласно письменным источникам, появление готов хронологически приходится на II–III вв., между тем как приписываемая им культура вырастает из местной культуры предыдущих столетий. Она органично и последовательно развивалась из своей праосновы ещё тогда, когда готы никуда из Прибалтики не двинулись.
     Какому бы этносу ни принадлежала черняховская культура — в любом случае можно со всей определённостью утверждать: привнесённой извне она не была.
     Черняховская культура стояла на гораздо более высоком уровне материального развития, чем у тех же готов, гепидов и других германцев на их родине, в Нижнем Повисленье. Готы не могли принести с собой на Украину культуру черняховского типа.
     Все три упомянутые теории — римская, дако-гетская и готская — для объяснения смены материальной культуры Приднепровья опирались на факторы внешнего воздействия. Между тем культурный сдвиг произошёл здесь под воздействием не внешних, а внутренних имманентных причин.
     Смена культуры на Среднем Приднепровье отнюдь не следствие этнических миграций, в I–IV вв. основной массив туземного населения Приднепровья не менялся. Не замещение одного народонаселения другим, а переход старожилов на более высокую ступень материального развития — вот истинный виновник перемен.
     Этот переход произошёл сначала на Нижнем Приднепровье, а спустя 100–150 лет и на Среднем Приднепровье. Среднее Приднепровье в отношении Нижнего в античную эпоху было периферией, культурные центры лежали на юге.
     Новая материальная культура появляются в районе порогов Днепра и Нижнего Приднепровья раньше, чем на Среднем Приднепровье. Юг опережает север. На севере ещё держатся архаичные зарубинецкие формы, тогда как на юге они уже исчезли. Надо полагать, в течение I в. н.э. север в своем культурном развитии догнал юг, ибо Среднее Приднепровье во II в. имеет ту же материальную культуру, как и Нижнее.
     В I–V вв. наступает второй период античной эпохи — время интенсивного роста земледелия, высокого развития местного ремесла и широкого распространения торговли.
     Кочевое скотоводство, которое преобладало в Приднепровье со времён скифов, о ту пору окончательно исчезает. Ни Черняховский, ни Масловский могильники не дают ни малейшего намёка на существование в пределах местных общин какой-либо прослойки наездников. Кочевничеству как социальному или хозяйственному явлению уже нет места в Приднепровье. Многостадное скотоводство умерло. Земледелец настолько окреп экономически и хозяйственно, что на большей части — если не на всей территории — Украины не оставил достаточного для выпаса больших стад скота и табунов лошадей пространства. В густонаселённой местности кочевому скотоводству негде было развернуться. Меж сёл паслись небольшие стада хлеборобов.
Віктор Петров.  Походження українського народу.
Регенсбург. 1947. С. 50–58.
Перевод мой — В.М.

Вѣрьтѣ опытному человѣку: регенсбургское методическое пособiе (курсъ лекцiй) томовъ премногихъ тяжелѣе. Въ дальнѣйшемъ эти тома бѣгло разсмотримъ по возможности всѣ, а сейчасъ заглянемъ въ послужной списокъ регенсбургскаго профессора.

Фёдоров Г.Б.Приключения Коржавина в ссылке и наши отношения во время и после неё — отдельная история, на этом останавливаться не буду. Скажу только, что зачисление в экспедицию состоялось после его возвращения. Официальный статус был нужен позарез, он ещё не был восстановлен в Институте ни материально, ни морально. Поэтому работа в экспедиции для него имела один деликатный момент: в сталинский период — да и после, особенно до ХХ-го съезда (хотя, насколько я могу судить, и после съезда ничего не изменилось) — в любую крупную экспедицию обязательно внедряли стукача, сотрудника КГБ. Кадрового или добровольного — уж как получится. И вот я подумал: зашлют невесть кого, ещё какую-нибудь сволочь отпетую. Дай-ка я сам подберу себе человека. Подходящий у меня на примете был: киевский археолог профессор Виктор Платонович Петров.
     Историю его я знаю в общих чертах. По моим данным, Виктор Платонович родился и вырос в Киеве, получил классическое историко-филологическое образование, блестяще знал греческий и латинский языки, увлёкся археологией и стал дельным и толковым археологом. В конце 20-х и начале 30-х годов, когда украинского интеллигента могли запросто упечь за решётку по обвинению в национализме, его посадили. Но, поскольку тогда ещё мало-мальски вникали, кто и за что сидит, через два года выпустили. Всё-таки чистокровный русский не очень-то родня украинскому националисту. Но пятно есть пятно: отсидел два года за политику.
     И его оставили на оккупированной немцами Украине. Официально Виктор Платонович числился исполняющим обязанности редактора газеты Харьковского бургомистра, а неофициально имел два задания: связь городского подполья с партизанским движением и, главное, подготовка покушения на Гитлера, ставка которого находилась в Виннице. Надо полагать, свои негласные обязанности Петров исправно выполнял, но покушение на Гитлера сорвалось. Гестапо расстреляло большинство его участников. Виктор Платонович бежал и попал в партизанский отряд имени Берия, составленный из харьковских энкаведешников. Он показывал мне своё удостоверение тех времён. Оно было напечатано типографским способом на белой шёлковой ленте. Наверху “Смерть фашистским оккупантам!”, ниже — фамилия, имя, отчество и так далее. На шёлке потому, что лента вшивалась в одежду и  прощупыванием не обнаруживалась. После войны он вернулся к своей работе археолога, но продолжал числиться за Комитетом Государственной Безопасности. Причём одной моей ученице, по её рассказу, случайно попался на глаза документ, из которого следовало, что Виктор Платонович — генерал КГБ. Или генерал-майор. Не поручусь, так это или нет. Я, кстати, узнал об этом совсем недавно, через много лет после его смерти. Во всяком случае, мне было известно, что он каким-то образом связан с КГБ, но человек порядочный, образованный, опытный археолог. И я пригласил его в экспедицию. Он охотно согласился. Я назначил его даже не начальником отряда, а начальником раскопа в одном из отрядов экспедиции.
     А Коржавин работал в этом отряде землекопом. И однажды, когда отряд находился в Белгород-Днестровском, я туда приехал, а Виктор Платонович мне и говорит:
     — Георгий Борисович! У меня к вам конфиденциальный разговор.
     — Пожалуйста.
     Мы ушли на берег Днестровского лимана, и там продолжили.
     — Видите ли, наш уважаемый Эмма, — Наума Коржавина все звали Эмка, но Виктор Платонович из деликатности называл его Эмма, — ставит меня в крайне затруднительное положение.
     — А что такое?
     — Понимаете, он не только пишет и читает вслух, но и всюду теряет свои стихи отнюдь не ортодоксального содержания. Вот, извольте полюбопытствовать.
     И протягивает мне два исписанных очень характерным, круглым, детским Эмкиным почерком листка. Я прочёл и ужаснулся. Но виду не подал.
     — Виктор Платонович, голубчик, вы не расстраивайтесь, не волнуйтесь, я всё улажу!
     После чего иду к Эмке.
     — Слушай, ты, что ты всюду разбрасываешь свою антисоветчину?
     — Что ты имеешь в виду?
     — Ну, вот это, например.
     И показываю те два листка, что мне дал Виктор Платонович. Эмка выхватил их и буркнул:
     — Эти стихи не имеют ко мне никакого отношения.
     И положил их в карман. А потом говорит мне сердито:
     — Что ты вообще ко мне привязался? Здесь все свои!
     — Ну, как тебе сказать… не совсем так. У нас всё-таки есть сексот в экспедиции.
     — Кто такой? — встрепенулся Эмка.
     — Виктор Платонович Петров.
     — Витька-партизан (так они его между собой прозвали) — стукач? В жизни не поверю!
     — Нет, придётся поверить!
     — Ах, так! Ну, тогда иду на сближение! Переведи меня к нему на раскоп!
     Так я свёл двух киевлян, влюблённых в русскую поэзию. А уж дальше они сами сошлись накоротке. И на работе, и после трудового дня их то и дело видели вместе — было чем питать разговор.
     Как говорится, произошёл перелом в отношениях. Виктор Платонович стал всячески опекать Эмку, даже пригласил жить в свою палатку. С его стороны это был настоящий подвиг: Эмка — довольно-таки безалаберный человек, а Виктор Платонович — аккуратист и чистюля, даже на раскоп выходил при галстуке и в крахмальном воротничке. Но ведь ужились!
КГБ и археология. Воспоминания археолога и писателя
Георгия Фёдорова. Публ. Марианны Рошаль-Фёдоровой.
www.proza.ru/2011/05/12/891

Наумъ Коржавинъ вернулся изъ Караганды въ декабрѣ 1954 г. Такимъ образомъ, рѣчь идётъ о событiяхъ лѣта 1955-го. Доступные въ одинъ кликъ жизнѣописанiя сообщаютъ, что до реабилитацiи и возстановленiя въ Литературномъ институтѣ Коржавинъ зарабатывалъ переводами. Это не совсѣмъ такъ: у Өёдорова онъ трудился въ потѣ лица. Союзъ пера и лопаты оказался плодотворнымъ: однажды землекопамъ задержали зарплату, но, по счастливой случайности, одному изъ нихъ удалось напечатать въ мѣстной газетѣ свои стихи. Получивъ гонораръ, поэтъ ссудилъ его работодателю. То-то было весело, то-то хорошо.

О ту пору Георгiй Борисовичъ возглавлялъ имъ же созданную Прутско-Днѣстровскую, въ дальнѣйшемъ археолого-этнографическую экспедицiю Академiи Наукъ СССР, уже пять летъ. Послѣ окончательной утряски ея штатъ пополнили этнографы, антропологи, искусствовѣды, архитекторъ, художники, чертёжники. Экспедицiя была подотчётна одновременно Институту Археологiи Академiи Наукъ СССР, Институту Этнографiи Академiи Наукъ СССР и Институту Исторiи Академiи Наукъ Молдавiи. Тесно сотрудничали с Өёдоровымъ Одесскiй Археологическiй Музей, Измаильскiй Музей и Ленинградскiй Артиллерiйскiй Музей, а также Институтъ Археологiи Румынской Академiи Наукъ (Г.Б. Өёдоровъ — соавтор монографии «Археологiя Румынiи», выдержки воспослѣдуютъ).

Пока не забылъ, поясню, въ чёмъ соль разногласiй Өёдорова и Коржавина на переломе 80–90-хъ. А что дружба разладилась, я тому свидѣтель. Өёдоровъ горячо привѣтствовалъ отдѣленiе Прибалтики отъ Россiи, Коржавинъ отнюдь этому не рукоплескалъ: бывшiй ссыльнопоселенецъ, нынѣ гражданинъ США, открыто заявилъ себя москалёмъ-великодержавникомъ. Своё мнѣнiе на сей счётъ оставлю, с вашего позволѣнiя, при себѣ.

Разумѣется, Георгiй Борисовичъ зналъ о новоявленномъ начальникѣ раскопа въ одномъ изъ своихъ отрядовъ далеко не всё.  Вiтька-партизанъ  умѣлъ держать языкъ за зубами.


ka2.ruНімецька влада, для свого затвердження в окупованій Україні не лише силою зброї та терору, а й щоб підвести під своє панування теоретико-ідеологічне підґрунтя, усіляко заохочувала дослідження, які підкреслювали культуртрегерську роль великого німецького народу в історії та підтверджували його право перебування на українській терито рії. З точки зору гітлерівських ідеологів, у цьому не могло бути жодних сумнівів, адже ще в III–IV ст.н.е. тут існувала потужна Готська держава, яка захищала народи Європи від диких східних орд, а зараз цю місію виконує “великий III Рейх” із його доблесним вермахтом, обороняючи європейську цивілізацію від більшовизму.
     Окрім пропагандистської мети нацистська влада, цікавлячись історією та культурними цінностями України, переслідувала й цілком утилітарні цілі. В процесі підготовки до війни було створено зондерштаб прадавньої історії, Айнзатцштаб рейхсляйтера А. Розенберга для окупованих областей. До завдань Айнзацштабу входило — збір, обробка та класифікація архівних матеріалів та культурного майна у найширшому розумінні, визначення їх подальшої долі та можливості використання у роботі вищих шкіл Рейху та ідеологічній боротьбі з ворогами націоналсоціалізму. Ця структура мала у своєму розпорядженні детальні каталоги й описи колекцій українських музеїв, бібліотек тощо. Планувалося масштабне та організоване переміщення та вивезення культурних цінностей з України. ‹...›
     В фашистській Німеччині археологія була державною наукою, яка мала обґрунтовувати територіальні претензії гітлерівського уряду до сусідніх народів. Не дивно, що тоді серед німецьких учених майже абсолютного визнання набув так званий “метод археології поселень”. Автором цієї теорії був видатний німецький археолог епохи кайзера Вільгельма II та передгітлерівського часу — Г. Коссіна. Цей вчений став засновником цілої школи в німецькій науці — “археологія поселень”. Він відстоював культуртрегерську роль давніх германців, які нібито споконвіку проживали в Північній Європі й звідти завойовницькими походами розповсюджували вищу культуру по всій Європі та за її межі. Г. Коссіна поєднав міграціонізм із расовою теорією. Але він став першим, хто на археологічному матеріалі поставив проблему походження народів, й одним з перших, хто оцінив значення картографічного методу. ‹...›
     У 1943 р. В. Петрова запросили на посаду керівника кафедри етнографії Українського наукового інституту в Львові, а трохи згодом, разом з відступаючими німцями, він опинився у Берліні. У 1944–1945 pp. учений був науковим співробітником Українського наукового інституту (УНІ). ‹...›
     Також є відомості про те, що В. Петров влаштувався на службу до пропагандистського осередку «Вінета» відомства А. Розенберга. ‹...›
     У січні 1945 р. з-за бомбардувань, які почастішали, почалася евакуація УНІ до Лейпцигу. ‹...›
     Наприкінці весни 1945 р. стало відомо, що Саксонія та Тюрінгія відходять до радянської зони окупації. УНІ припинив своє існування. Українські емігранти почали покидати Лейпциг — хто пішки, хто залізницею. ‹...› Починалася епоха “Ді–Пі” (з англ. Displaced Persons). ‹...›
     У 1946 р. В. Петров переїхав до Мюнхена. ‹...›
     В. Петров у цей час також займався й викладацькою роботою в різних українських вищих навчальних закладах (Український вільний університет, Православна Богословська Академія Української Автокефальної Православної Церкви, Український технічно-господарський інститут в Регенсбурзі). Викладав він філософію, філософію історії, патрологію, українознавство, зокрема етногенез українського народу та український фольклор. Для всіх вищіх шкіл В. Петров був “справжньою прикрасою”, ним пишалися, адже вважали за велику честь мати такого вченого в штаті свого закладу. ‹...›
     18 квітня 1949-го В. Петров вийшов зі своєї мюнхенської квартири і більше там не з’явився. Він зник.
Андрєєв В.М.  Віктор Петров. Нариси інтелектуальної біографії вченого.
Дніпропетровськ: Герда, 2012. С. 117–186.

Нарочно не даю переводъ съ мовы, дабы имѣть удовольствiе пересказать. Вкратцѣ такъ: чинъ въ НКВД Вiктор Петровъ имѣлъ по крайней мѣрѣ со временъ пакта Молотова-Риббентропа: иначе объяснить никоимъ образомъ не связанное съ его академическими обязанностями пребыванiе во Львовѣ, только что присоединѣнномъ къ СССР, нельзя.

Далѣе. Служба рядоваго бойца отряда, пусть и НКВД-шнаго, — ничто въ сравненiи съ заданiями, которыя В. Петровъ выполнялъ при нѣмцахъ на Украйнѣ, а затѣмъ въ американской зонѣ оккупацiи Германiи.

Спешу поправиться, дабы не задѣло партизанъ умаленiе ихъ заслугъ. Георгiй Өёдоровъ имѣлъ точныя свѣдѣнiя о бойцахъ невидимаго фронта изъ отряда им. Берiя. Объ одномъ, по крайнѣй мѣрѣ. Послѣ войны этотъ матёрый чекистъ прочно закрепился на исправительныхъ работахъ въ ГУЛАГе. Вотъ ихъ разводятъ по дѣлянкамъ или ещё какое-то построенiе, а передъ строемъ начальникъ. И онъ спрашиваетъ у зэковъ, имѣются ли вопросы. Тотчасъ голосъ: а Лаврушку разстреляли? Лаврентия, то есть, Павловича. Вопрошателю дѣлается внушенiе, но безъ тяжкихъ увѣчiй. Потому что убивать насмерть и даже калѣчить не велено, исправныя рабы позарѣзъ нужны странѣ Совѣтовъ: послѣвоенная разруха. На слѣдующемъ построенiи всё повторяется, и опять-таки до полусмерти, не болѣе того.

Свой срокъ этотъ великомученикъ получилъ за измѣну: пока онъ воевалъ, жена опаскудила супружеское ложе. Не по своему хотѣнiю, отнюдь. Насильно приголубилъ Берiя. А холопъ не оцѣнилъ барской ласки.


Ба, въ какiе дебри я вдался. Сейчасъ поправлюсь. Итакъ, В. Петровъ въ своей основополагающей, на мой взглядъ, лекцiи 1947 года даётъ отповедь проф. Д.Я. Самоквасову, который выводитъ будущихъ смердовъ и тяглецовъ Эрманариха Готөскаго съ Балканъ. А Петровъ, судя по боевой раскраскѣ, былъ ярымъ сторонникомъ туземства: никакихъ перемѣщённыхъ лицъ, только мѣстное населенiе.

Всё-таки придётся пояснить, кто и зачемъ этотъ передвижникъ.


ka2.ruстал. Дышать нечем. Сошёл вниз в ожидании выхода великого князя. Пришёл покурить Самоквасов, и между прочим,  назвался моим учеником  по скифской истории.
Вот задача!  Что-то готовит к изданию о Скифо–Сарматах–Гунно–Аланах и пр. и пр. истории. „Вы, — говорит, — источник для моих выводов”.  Вот задача!
Забелин И.Е.  Дневники. Записные книжки.
Москва. Издательство им. Сабашниковых. 2001. С. 195.
Запись 21 декабря 1896 г. — В.М.

Жирно выдѣляю двойной возгласъ Ивана Егоровича. Остолбенѣлъ отъ изумленiя, вотъ какъ пробрало признанiе коллеги по Императорской Археологической Комиссiи. А ещё Забѣлинъ сообщаетъ намъ точную сумму личныхъ средствъ, вложенныхъ Самоквасовымъ въ раскопки: 6 тыс. руб. Для сравнѣнiя: днѣвная плата артели землекоповъ составляла въ тѣ благословѣнныя времена 30 коп.

Свѣденiя о самообложенiи налогомъ на любознательность помѣчены 1876 годомъ. А Викентiй Хвойка впервые приступилъ къ раскопкамъ въ Черняховѣ лѣтомъ 1899-го. Такимъ образомъ, право первой ночи съ закавыкой наличiя / отсутствiя готөовъ въ Подѣпровье принадлежитъ не Хвойкѣ, а Самоквасову. Подозрѣваю, что Г. Коссинѣ сiе было вѣдомо. Какъ и то, что В. Хвойка (Čenĕk Chvojka) родомъ изъ Чехiи. То есть почти арiецъ. Шутка.

Никто не оцѣнитъ, самъ знаю. Не до смѣха: взбудораженный посѣтитель ждётъ подробностей поединка В. Петрова съ рейхсляйтеромъ А. Розенбергомъ — разъ, разгадки жалкаго прозябанiя отставнаго резидента — два. Такимъ ждунамъ совѣтъ: зеленоватую расцвѣтку долой, прыжками на сѣренькую.


ka2.ruВъ правленiе царя Беребиста или Буребиста Гетское царство достигло высокой степени могущества, грознаго для Римлянъ; а потому уже Юлiй Цезарь заготовилъ стотысячную армiю для похода въ Дакiю; но походъ не состоялся, вслѣдствiе смерти Цезаря. Война Римлянъ съ Даками, начатая по смерти Ю. Цезаря, длилась сто лѣтъ и кончилась при гетскомъ царѣ Децебалѣ и римскомъ императорѣ Траянѣ обращенiемъ славянской прародины въ римскую провинцiю Дакiю.
     Римская система насильственнаго переселенiя народонаселенiя старыхъ римскихъ провинцiй въ новые и новыхъ въ старые имела своимъ слѣдствiемъ колонизацiонное движенiе дакiйскаго народонаселенiя въ пустынныя области бассейновъ рѣкъ Вислы и Дѣепра, лежавшiя надъ Карпатами и Днѣпровскими порогами. ‹...›
     Генетическую связь населенiя русской прародины съ населенiемъ Дакiи времени императора Траяна выражаютъ имена Рима и Римлян, а в славянской формѣ, — Влахи, Влохи, Волохи, повторяющiеся въ названiяхъ такихъ мѣстностей, которыя, по находкамъ кладовъ римскихъ монетъ и другихъ предметовъ римскаго искусства, должно признать древнѣйшими поселенiями дакiйских колонистовъ въ новой ихъ Приднѣпровской родинѣ.*
     Во всѣхъ мѣстностяхъ Придѣепровья, именуемыхъ Римъ, Ромны, Роменъ, Ромейка, Ромейковка и Волховцы, Волошиновка, Волошино, Трояны, имѣются курганные могильники однороднаго устройства и содержанiя. Эти могильники не заключаютъ въ себѣ предметовъ древняго греческаго искусства, часто встрѣчаемыхъ въ скитскихъ могилахъ V–I столѣтий до Р.X., лежащихъ ниже Днѣпровскихъ пороговъ; а содержатъ предметы римскаго искусства сарматской эпохи, напримѣръ, терракоттовые сосуды, покрытые краснымъ или желтымъ лакомъ, разноцвѣтную стеклянную посуду, римскiя фибулы и пр., а равно и предметы варварскаго искусства, напримѣръ массивныя бронзовыя зеркала, съ боковыми или центральными ручками, изображающими животныхъ, костяныя псалiи съ рѣзными изображенiями животныхъ и пр., никогда не встрѣчавшiеся въ скитскихъ могилахъ эпохи до Р. Христова.
     Сличенiе курганныхъ могильниковъ “сарматской эпохи”, изслѣдованныхъ въ области вышеуказанной русской прародины, съ курганными могильниками славянской прародины, изслѣдованными в Бессарабiи, Румынiи, Семиградiи и Трансильванiи, показало ихъ однородность по устройству и содержанiю ‹...›
     Во II и послѣдующихъ столѣтiяхъ по Р.X. области средняго Приднѣпровья несомнѣнно были уже обитаемы многолюднымъ народомъ, владѣвшимъ не предметами древняго греческаго искусства, а предметами римскаго искусства императорской эпохи. Могилы этого народа богатаго содержанiя, и сохранились въ большомъ количествѣ какъ съ западной стороны Днѣпра, в областяхъ рѣкъ Роси и Россавы, такъ и съ восточной его стороны, въ областях рекъ Сулы, Псла и Ворсклы. Достаточно сказать, что въ 1876 году, когда впервые было начато нами систематическое изслѣдованiе могильниковъ Полтавской губернiи, въ предѣлахъ Роменскаго уѣзда, на побережьяхъ р. Сулы, мы встрѣтили курганный могильникъ, тянувшiйся почти непрерывно на протяженiи 50 верстъ ‹...›. Курганы этого громаднаго могильника разной величины, отъ насыпей, подобныхъ Большому кургану у с. Волховцы и Старшей могилѣ у с. Аксютинцы, имѣвшей до раскопки 25 аршинъ отвѣсной высоты и около 300 аршинъ въ окружности основанiя, до едва замѣтныхъ и уничтоженныхъ распашкою. Особеннымъ скопленiемъ могилъ отличались мѣстности, поросшiя лѣсомъ, ‹...› гдѣ курганы разной величины сохранялись въ цѣлости, и были расположены въ разстоянiи 2–10 шаговъ другъ отъ друга; в мѣстностяхъ же, гдѣ лѣсъ былъ вырубленъ, а земля распахана, сохранялись только распаханыя насыпи средней и большой величины, имѣвшiя отъ 5 до 15 аршинъ отвѣсной высоты. Общее число могилъ на протяженiи от с. Константиновки до с. Волошиновки, сосчитанныхъ приблизительно въ 1876 году, превышало десять тысячъ. Въ послѣдующее тридцатилѣтiе почти все побережее Сулы, занятое сказаннымъ курганнымъ могильникомъ, поступило во владѣнiе крестьянъ, — лѣса вырублены, земля распахана и тысячи могильныхъ насыпей срѣзаны плугомъ и обращены въ ровныя поля.
     Археологическiя раскопки разными лицами были произведены на всѣмъ протяженiи описаннаго могильника въ пределахъ Роменскаго уѣзда. Раскопано ‹...› въ общем числѣ болѣе тысячи кургановъ разной величины съ могилами  погребенныхъ  покойниковъ. ‹...› Чрезвычайный научный интересъ представили неограбленные курганы русской прародины сарматской эпохи, прикрывавшiе собою кострища съ остатками  сожженныхъ  покойниковъ.
———————
* Къ такимъ топографическимъ именамъ относятся, напримѣръ, лѣтописныя имена городовъ Римовъ и Роменъ въ области верхняго теченiя р. Сулы; городъ Ромны нашего времени; р. Роменъ, впадающая въ Сулу у города Ромны; мѣстность Римъ вблизи того же города, у большой дороги; селенiе Римъ на границѣ Лохвицкаго и Прилукскаго уѣздов; ceленiе Ромейка в Каневском уѣзде, въ области р. Россавы, впадающей въ Рось; и др. На Суле же, в Роменскомъ уѣздѣ имѣется село Волховцы, а при немъ р. Волховцы, притокъ Сулы; въ томъ же уѣздѣ, у заштатнаго города Глинска, помещается селенiе Волошиновка; в Зеньковскомъ уѣздѣ, вблизи Бѣльскаго городища на р. Ворскле помѣщается село Большое Волошино; тамъ же имѣются двѣ мѣстности, именуемые Трояны; и др.
Происхожденiе Русскаго народа. Д. Я. Самоквасова.
Москва. Синодальная Типографiя. 1908. С. 8–12.

Учитывая нешуточную тягу прыгуновъ и попрыгунiй (а тамъ и дотошные муравьи съ въедливыми улитками подтянутся) осязать шероховатость связующей Вiктора Петрова и Лубянку нити, позволю себѣ на малое время отложиться отъ останковъ  сожженныхъ  и  погребенныхъ  современниковъ Траяна и Септимiя Сѣвера. Сразу къ дѣлу: знатокъ вопроса утверждаетъ, что годъ или около того по возвращенiи развѣдчика въ СССР его жизнѣнный путь отслѣдить невозможно: досье по сiю пору подъ спудомъ. Это не совсѣмъ такъ. Для начала воспроизведу справку.


СССР
Украинский штаб
Партизанского
движения
20 июня 1950 г.
№ ОК/1237
УДОСТОВЕРЕНИЕ
     Выдано тов. Петрову Виктору Платоновичу в том, что он с 10 февраля 1942 г. по 15 мая 1945 г. состоял в партизанском отряде соединения «им. Берия» в должности бойца.
     Выбыл из партизанского отряда в связи с расформированием.

Гербовая печать
Украинского штаба партизанского движения
Начальник отд. кадров
Украинского штаба
партизанского движения / подпись /

——————
Науковий архів ІА НАН України. — Ф. 16. — Оп. 1. — Спр. 269. Оригінал.
Автограф фіолетовим чорнилом на бланку Українського штабу партизанського руху. Папір звичайний. У лівому верхньому куті штамп установи чорного кольору, дата та № написані від руки фіолетовим чорнилом. У лівому нижньому куті — гербова печатка Українського штабу партизанського руху.

Воспр. по: Українська біографістика = Biographistica Ukrainica: зб. наук. праць / НАН України, Нац. б-ка України ім. В.І. Вернадського, Ін-т біографічних досліджень; редкол.: В.І. Попик (відпов. ред.) та інш. — К., 2008. — Вип. 4. С. 316.

Резидентъ покинулъ Мюнхенъ 18 апреля 1949 года, вывѣденъ за штатъ  20 июня 1950-го.  Итого четырнадцать месяцевъ между небомъ (труба крематорiя) и землёй (безъимянная могила).

Съ подробностями вскорѣ ознакомлю, а пока рутина дѣлопроизводства: большую бумажку къ большой, маленькую къ маленькой. Науковий архів ІА НАН України содержить въ нѣдрахъ своихъ рядъ краткихъ жизнеописанiй В.П. Петрова. Разночтенiя несущественны, но дьяволъ, какъ извѣстно, таится въ мелочахъ.


     ‹...› В 1941 году назначен Директором Института Фольклора и представлен к избранию в действительные члены Академии Наук УССР.
     С конца 1941 мобилизован в действующую армию. Принимал участие в Великой Отечественной Войне как переводчик 1 разряда в 41 Гвардейской дивизии, с 10 февраля 1942 г. по 16 мая состоял в партизанском отряде соединения «им. Берия» в должности бойца (Удостоверение Украинского Штаба Партизанского Движения, № ОК 1237, 20 июня 1950 г.). С расформированием отряда научный сотрудник Мин-ва Внешторга (Гузимз).
     С конца 1950 года на научной работе в ИИМК АН СССР.
———————
     ‹...› С февраля 1941 года — Директор Института фольклора и этнографии АН УССР.
     Участник Отечественной войны с 10.II.1942 по 15 мая 1945 г. (Удостоверение Укр. Штаба Партизанского движения от 20 июня 1950 года за № ОК 1237). В 1945–49 в заграничной командировке на должности научного сотрудника Министерства Внешней торговли.
     С 3/Х–1950 года по настоящее время — научный сотрудник ИИМК АН СССР (Москва).
———————
     В 1941 году был призван в ряды Красной Армии, с 1 января 1942 до 10 февраля 1942 — переводчик 41-ой гвардейской дивизии; с 10 февраля 1942 года по 15 мая 1945 года состоял в партизанском отряде (Удостоверение Укр. Штаба партизанского движения от 20–VI–1950 № ОК /1237). С 6–VIII–1945 г. по  23–III–1950  года состоял на службе в Министерстве Внешней Торговли в должности научного сотрудника.
     С 1950 года 1 октября по 1 декабря 1956 года состоял научным сотрудником Института Истории Материальной Культуры Академии Наук СССР (Москва).
Ibid. C. 325–329.

То, что никакого Гузимз при Минвнешторге не было, сущiй пустякъ (был ГУСИМЗ, Главное управленiе советскаго имущества за границей, да и оно въ 1947 г. выведено въ самостоятельный Главкъ при Совѣтѣ министровъ СССР). Важно другое: точная дата увольненiя „научнаго сотрудника” трофейнаго Главка: 23 марта 1950 года. Именно въ этотъ день, полагаю, руководство МГБ сочло возможнымъ сохранить Вiктору Платоновичу жизнь. На свободе же онъ оказался, как мы выяснили, 20 июня. Есть подозрѣнiе — и не у меня одного, — что эти три месяца резидентъ-неудачникъ проходилъ курсъ восстановительнаго лѣченiя.

Разнобой датъ устройства на работу въ ИИМК АН СССР объясняется просто: 1 октября 1950 г. явился на прiёмъ, 3 числа въ трудовую книжку внесена очередная запись. Предыдущую мы знаемъ: вѣдомство по использованiю ресурсовъ Восточной Германiи, Венгрiи, Румынiи и Австрiи для нуждъ возстановленiя народнаго хозяйства страны Совѣтовъ. Не забудемъ руины Варшавы и Праги, помощь братскому народу Китая и прочая, и прочая, и прочая.

Въ 1946–1953 возглавлялъ ГУСИМЗ любимецъ чеченскаго, ингушскаго, балкарскаго и мн.др. народовъ Кобуловъ, испросившiй себѣ въ замѣстители будущаго министра МГБ Меркулова.

Кстати говоря, въ послѣвоенной Австрiи на благо родины немало потрудился А.Н. Андрiевскiй, Председатель чеки В. Хлѣбникова: руководилъ трофейной киностудiей «Венфильмъ», бывш. «Wien-Film am Rosenhugel». Дополнительные порученiя покрыты мракомъ, но то, что дубляжъ дармовыхъ кинолентъ приносилъ казнѣ ощутимый доходъ, сомнѣнiю не подлежитъ.

Возвращаюсь къ ложнымъ, на взглядъ В.П. Петрова, воззрѣнiямъ проф. Д.Я. Самоквасова. Таковые онъ излагаетъ въ цѣломъ рядѣ работъ. Какъ то:


ka2.ruКогда же отдѣлилась отъ праславянъ часть народа и гдѣ она образовала новое славянское государство, въ которомъ преобразовалась въ русскiй этнографическiй типъ?
     На этотъ вопросъ не имѣется отвѣта у лѣтописца Нестора, или потому, что онъ не зналъ русской прародины, или потому, что ему не было нужды говорить о ней, такъ какъ задача его повѣстей о томъ, откуда пошла русская земля, состояла въ доказательствѣ совремеиникамъ, что она пошла отъ Славянъ дунайскихъ, впервые получившихъ славянскую грамоту, въ указанiи прародины славянской, а не русской.
     Умолчанie лѣтописца о русской прародинѣ повлекло за собою большую неопредѣленность лѣтописныхъ сказанiй о происхожденiи русскаго языка и русскаго народа.
     Когда Волохи, говорить лѣтописецъ, покорили Славянъ дунайскихъ и стали притѣснять ихъ, то часть Славянъ выселилась на Вислу и прозвалась тамъ Ляхами, а отъ тѣхъ Ляховъ произошли Поляки, Лутичи, Мазовшане и Поморяне. Здѣсь все понятно: выселившаяся часть праславянъ образовала въ области Вислы новое славянское государство, и въ этомъ государствѣ создала новѣйшiй польскiй этнографичесмй типъ; послѣдующее разселенiе Ляховъ образовало польскiя племена врѣмени лѣтописца.
     Но дальнѣйшее сказанiе Нестора, если понимать его въ буквальномъ смыслѣ, представляется совершенно невѣроятнымъ. Такiе же Славяне, говоритъ лѣтописецъ, какъ и Поляки, оставили свою дунайскую прародину въ эпоху господства тамъ Волоховъ и выселились на побережья Днѣпра, въ области между Припетью и Двиною, на р. Полоту, на озеро Ильмень, въ верховья Днѣпра, Двины и Волги, на побережья Десны, Сейма и Сулы, и тамъ образовали племенныя княженiя съ народонаселенiемъ, говорившимъ однимъ славянскимъ языкомъ; а языкъ славянскiй и русскiй „бѣ имъ единъ”. По буквальному смыслу этого свидѣтельства русскiй языкъ былъ принесенъ славянскими колонистами изъ славянской прародины въ эпоху господства тамъ Волоховъ, то есть праславяне говорили русскимъ языкомъ въ Гетикѣ, своей прародинѣ; но тогда русскiй языкъ долженъ быть общеславянскимъ; а между тѣмъ, въ то время, когда разобщенныя русскiя племена говорили однимъ русскимъ языкомъ, родственныя имъ польскiя племена говорили уже другимъ, польскимъ языкомъ, и является невѣроятнымъ, чтобы разрозненныя русскiя племена сохранили русскiй языкъ своей прародины до времени лѣтописца, а Поляки измѣнили его въ новый языкъ. ‹...›
     Нынѣ имѣются “свидѣтельства современниковъ” и археологическiе факты, ясно показывающiе, кто и какого времени были Волохи лѣтописца Нестора, завоевавшiе древнюю Скитiю и побудившiе праславянъ къ движенiю въ области Вислы и Днѣпра.
     Лѣтописецъ подъ Волохами несомнѣнно разумѣлъ Итальянцевъ: въ перечисленiи европейскихъ народовъ онъ называетъ Италiю землею волошьскою. ‹...›
     Къ какому же времени должно отнести лѣтописный фактъ завоеванiя дунайскихъ Славянъ Итальянцами? Историки, оставившiе описанiе борьбы Римлянъ съ Гетами и обращенiя царства Гетовъ въ римскую провинцiю Дакiю, свидѣтельствуютъ, что „многiя дакiйскiя племена, убѣгая отъ римскаго рабства, оставили свою родину и выселились за предѣлы Дакiи”. Только это свидѣтельство соотвѣтствуетъ свидѣтельству русской лѣтописи о завоеванiи Славянъ Волохами на Дунаѣ; а другого завоеванiя дунайскихъ областей Волохами-Итальянцами не знаетъ исторiя славянской прародины. Но въ такомъ случаѣ Гетовъ (греческое имя) или Даковъ (латинское имя) древней Скитiи должно признать предками русскихъ и польскихъ Славянъ. ‹...› Өеоөилактъ Симоката часто употребляетъ имена Гетовъ и Славянъ, какъ названiя одного народа, и даже прямо утверждаетъ, что названiе Геты есть древнейшее имя Славянъ ‹...›
     Имя царя Траяна играетъ важную роль въ преданiяхъ Славянъ южныхъ, Руссовъ и Поляковъ: «Откровенiе св. аностолъ», изданное но рукописи XIV вѣка, называетъ Трояна въ числе славянскихъ боговъ: „Имяше боги мнози: Перуна и Хорса, Дыя и Трояна, и иныи мнози”; а далѣе поясняется, что „Троянъ бяше царь въ Риме”; въ «Хожденiи Богородицы по мукамъ», изданномъ по рукописи XII вѣка, рядомъ съ Хорсомъ, Велесомъ и Перуномъ, также именуется богъ Троянъ; въ «Словѣ о полку Игоревѣ» упоминаются: „тропа Трояна”, „земля Трояна”, „седьмой вѣкъ Трояна” и „вѣчи Трояна”, относимые сказанiемъ къ древнѣйшему перiоду исторiи Славянъ, отъ которыхъ оно ведетъ свое лѣтосчисление. Древнеболгарская пѣсня воспѣваетъ царя Траяна, какъ владѣтеля несмѣтныхъ сокровищъ; древняя сербская сказка смѣется надъ царемъ Трояномъ, имѣющимъ длинныя уши; и т.д. Какой же это царь Троянъ, извѣстный сказанiямъ Славянъ восточныхъ, западныхъ и южныхъ? Славянская исторiя не знаетъ другого царя Трояна, кромѣ римскаго царя, покорившаго царство Гетовъ или Даковъ и вытѣснившаго, по свидѣтельствамъ Дiона Kacciя, Евтропiя и Флоpiaнa, многiя придунайскiя племена въ закарпатскiя страны, согласно съ русскимъ Несторомъ.
      ‹...› Причину и время появленiя кладовъ римскихъ монетъ въ предѣлахъ земли русскихъ и польскихъ Славянъ опредѣляютъ вышеизложенныя историческiя свидѣтельства о выселенiи Славянъ изъ дунайской прародины подъ натискомъ Волоховъ-Римлянъ и анализъ фактическаго матерiала, относящагося къ кладамъ римскихъ монетъ, открытымъ въ предѣлахъ земель Славянъ польскихъ и русскихъ, дающiе нижеследующiе выводы.
     1. Клады римскихъ монетъ, открытые въ землѣ русскихъ и польскихъ Славянъ, содержать въ себѣ только монеты римскихъ императоровъ I, II и III столѣтiй послѣ Рожд. Хр., — эпохи господства Римлянъ въ Дакiи.
     2. Въ наибольшемъ количествѣ клады монетъ римскихъ императоровъ встрѣчаются въ областяхъ Вислы и средняго теченiя Днѣпра.
     3. Монеты римскихъ императоровъ отъ Траяна до Септимiя Севера открыты въ землѣ русскихъ и польскихъ Славянъ кладами, содержавшими въ себѣ сотни и тысячи экземпляровъ. Въ настоящее время въ литературѣ имѣются свѣдѣнiя о находкахъ болѣе 60 такихъ кладовъ, открытыхъ въ предѣлахъ земли древнихъ Руссовъ и Поляковъ, преимущественно за последнее 50-лѣтiе. Но эти клады не нсчерпываютъ собою всѣхъ находокъ и за этотъ перiодъ времени; многiе клады древнихъ монетъ попадаютъ не въ музеи, а въ плавильные горшки, переливаются въ слитки металла, подобно кладу, найденному подъ Калишемъ, содержавшему въ себѣ до двадцати тысячъ серебряныхъ римскихъ монетъ I–III столѣтiй.
     4. Римскiя монеты со времени Септимiя Севера до времени паденiя западной Римской Имперiи встрѣчаются въ землѣ русскихъ и польскихъ Славянъ очень рѣдко, и только отдѣльными экземплярами, а не кладами. Этотъ фактъ говорить намъ, что въ эпоху Септимiя Севера прекратилось выселенiе нашихъ предковъ изъ областей дунайскихъ въ центральныя области Европы.
     5. Римскiя монеты до императора Траяна встрѣчаются въ кладахъ древнеславянской земли редкими экземплярами, а монеты со времени Траяна до Септимiя Севера содержатся въ нихъ сотнями и тысячами. Этотъ факть говорить намъ, что выселенiе нашихъ предковъ въ центральной области Европы началось эпохою римскаго императора Траяна.
     Такимъ образомъ содержанiе кладовъ римскихъ монетъ, открытыхъ въ предѣлахъ земли русскихъ и польскихъ Славянъ, ограничиваемъ время колонизацiи Дакiйцевъ съ одной стороны эпохою Траяна, а съ другой — эпохою Септимiя Севера. Присутствiе въ землѣ Поляковъ и Руссовъ массы римскаго серебра можно объяснить только тѣмъ, что предки наши, оставляя свою прародину въ эпоху господства тамъ Римлянъ, вынесли въ новую родину свое имущество въ формѣ легко уносимаго металла, подобно тому какъ испанскiе и англiйскiе колонисты уносили съ собою европейское серебро въ Америку, а въ наше время крестьяне-колописты уносятъ съ собою монету изъ европейской Россiи въ азiатскую, обмѣнивая громоздкое имущество на металлъ.
     Слѣдовательно выселенiе на Вислу и Днѣпръ Славянъ съ Дуная подъ натискомъ Римлянъ-Волоховь, связанное съ разрывомъ нашихъ предковъ политическимъ и географическимъ, имѣло своимъ слѣдствiемъ происхожденiе новыхъ славянскихъ государствъ, а въ нихъ этнографическое образованiе новѣйшихъ славянскихъ народностей, — польской и русской. Очевидно, какъ у Поляковъ существовала родина польскаго языка, — государство Ляховъ на Вислѣ, такъ и у Руссовъ должна была существовать родина русскаго языка въ области Приднѣпровья.
     Здѣсь и должно было искать предковъ русскаго народа, а не между народами каменной культуры Закарпатья, истоковъ Волги, Двины и Днѣпра и въ неизвестныхъ странахъ сѣвера и востока. ‹...›
     Сколотское царство существовало съ конца VII в. по 399 г. до Р.X., когда оно было разрушено Өилиппомъ Македонскимъ. Въ эту эпоху передвинулось изъ за Дона въ предѣлы бывшаго Сколотскаго царства племя скитскаго-же происхожденiя, именуемое у Грековъ Савроматами, а у Римлянъ Сарматами, и въ предѣлахъ бывшаго Сколотскаго царства образуются двѣ новыя державы: восточная — царство Россаланъ и Западное — царство Гетовъ или Даковъ.
ka2.ruПри римскомъ императоре Траяне царство Гетовъ обращается въ Римскую провинцiю Дакiю; а во время господства Римлянъ въ Дакiи одна часть туземнаго народонаселенiя выселяется на Вислу, гдѣ образуетъ государство Ляховъ, — родину польской народности, — ляшскихъ племенъ, говорящихъ польскимъ языкомъ; другая часть выселяется въ области средняго теченiя Днѣпра, лежащiя надъ днѣпровскими порогами, въ предѣлахъ современныхъ намъ губернiй Kieвской, Полтавской и южныхъ уѣздовъ Черниговской и Курской. Здѣсь колонисты соединяются съ родственнымъ племенемъ Россаланъ, образуютъ обширное и многолюдное государство Арси или Россовъ, — прародину русскаго народа, изобилующую кладами римскихъ монетъ императорской эпохи, могилами гето-дакiйскаго и сармато-скитскаго погребальныхъ обрядовъ и топографическими именами, указывающими на время выселенiя изъ древней Скитiи гето-дакiйскихъ племенъ: Ромны, Роменъ, Римовка, Ромейковка, Волохи, Волховцы, Волошки, Волошиновка, Трояны, Троянка и др.
Д. Самоквасовъ.  Сѣверянская земля и Сѣверяне
по городищамъ и могиламъ. Москва. Синодальная типографiя. 1908. С. 84–92.

Это не послѣдняя вставка о выселенiи гетовъ изъ Дакiи, итоговый разборъ впереди. Позволю себѣ лишь усомниться въ томъ, что Өилиппъ Македонскiй былъ виновникъ погибели скиөовъ-сколотовъ. По моимъ даннымъ, дорогу на западъ сарматамъ проложилъ Митридатъ Евпаторъ, rex Asiae. Но это лай моськи на величавую поступь проф. Д.Я. Самоквасова по тропѣ Трояна, усыпанной серебромъ волошской чеканки.

Возвращаюсь къ мытарствамъ Вiктора Петрова послѣ разоблаченiя и отзыва въ СССР.


ka2.ruы устроились в его закутке. Работавший за соседним столом археолог всё понял и молча удалился. Гробовая тишина. Я невольно втянул голову в плечи, ожидая неприятного сюрприза. Виктор Платонович печально ссутулился и произнёс:
— Только не записывайте. Даже дома. Знаю эту вашу привычку. 
Вот и угаданный нежданчик: наши разговоры я действительно записывал по памяти, украдкой от окружающих — в редакции или в библиотеке, но некоторые стены имеют не только уши, но и глаза.
     — Так вот ... — и Петров запнулся, явно взвешивая последствия. — Только не записывайте. Ладно? 
     И я — пожалуй, единственный из непосвящённых — узнал, что советского резидента “вычислила” английская разведка, а потом в его рабочий кабинет ворвались незнакомцы, мигом скрутили, кляп в рот — и под руки во двор, где стояла легковушка с открытым багажником. Чекисты (Петров слышал, как они переговаривались по-русски) запихнули его в пустой отсек, захлопнули крышку, и мотор взревел. Разведчик едва не задохнулся, пока переезжали мост через Эльбу и останавливались на КПП.
     Советская зона, допросы и проверки. Затем Виктору Платоновичу выдали проездные документы, и вот он уже в московской гостинице. Снова допросы, и нашли-таки, к чему придраться. 
     — Не смог локализовать украинскую эмиграцию в Германии, заправилы перебрались в США и Канаду. ‹...›
     В 1991 году я обратился в Комитет государственной безопасности Украины с просьбой предоставить возможность ознакомиться с личным делом Виктора Платоновича. Мне ответили, что это не в их компетенции: разведчиками занимается Москва. Однако вскоре я получил машинописный лист стандартного размера без подписи и печати. Эту не заверенную никем справку передал мне тогдашний заместитель председателя КГБ Евгений Марчук. ‹...›
     “В 1941 г. В. Петров вместе с Академией наук был эвакуирован в Уфу, где работал учёным секретарём Института общественных наук. Выдающийся учёный с мировым именем (около 300 печатных работ) В. Петров, имея две докторские степени, зная в совершенстве несколько иностранных языков, в т.ч. немецкий, когда над страной нависла смертельная угроза, добровольно изъявил желание помогать в борьбе с немецко-фашистскими захватчиками. Просьба была удовлетворена, Петрова зачислили в разведку. После соответствующей подготовки, в феврале 1942 года его перебросили через линию фронта в район Харькова. Согласно задания, В. Петров проник в интересующие разведку круги и вскоре перехал в Берлин, а после окончания войны — в Западную Германию. Последнее место его работы за рубежом — продекан философского факультета так называемого Украинского Свободного Университета (Мюнхен). За это время В. Петров передал руководству советской разведки ряд важных материалов. В 1949 в результате измены одного из связных, используемых для контакта с В. Петровым, его вывезли из Западной Германии на территорию Советского Союза и через некоторое время (зачёркнуто: „уволили”) он уволился из разведки и перешёл на работу по специальности. В 1965 за большую работу в тылу врага В. Петров был награждён орденом Отечественной войны первой степени”.
Микола Шудря.  На два фронти.
Вперше надруковано у виданні: Вісник Київського національного ун-ту ім. Т.Г. Шевченка.
Філософія. Політологія. — 2005. — Вип. 73–75. С. 76–77.
Перевод мой. — В.М.

Стало быть, В. Петрова выдернули изъ Мюнхена вовремя: связной измѣнилъ, англичане пасутъ сталинскаго крота, вотъ-вотъ перевербовка. Другое дѣло, какъ дергуны пронюхали о провалѣ резидента.

Очень просто пронюхали: черезъ нашего крота въ Лондонѣ. Заднимъ числомъ нетрудно угадать освѣдомителя. Кимъ Филби до 1949-го находился въ Стамбулѣ, а потомъ переѣхалъ въ Вашингтонъ — сей отпадаетъ; Дональдъ Маклейнъ до 1950-го работалъ в Каирѣ — отпадаетъ. Остаётся Гай Бёрджессъ, чиновникъ по особымъ порученiямъ Foreign Office, агентъ лондонской резидентуры ИНО НКВД съ 1935 г.

Кима Филби Георгiй Борисовичъ терпѣть не могъ за моральную нечистоплотность: воспользовался безпробуднымъ пьянствомъ соотечественника и увёлъ красавицу-жену. Съ досады московскiе друзья вырвали Дональда изъ объятiй Бахуса. Оказалось не такъ и трудно: Бахусъ безъ грудастыхъ подавальщицъ и козлоногихъ виночерпiевъ слабенекъ. Не то что нашъ зелёный змiй, вопреки всему и вся живородящiй неизбежную белочку. Филби остался на бобахъ: измѣнница и новоявлѣнный трезвенникъ возсоединились ко всеобщему ликованiю.

И всё это благодаря пережиткамъ общиннаго сознанiя даже у потомственныхъ (Өёдоровъ-дедъ выслужилъ генерала казачьей управы) россiйскихъ дворянъ: въ чопорной Англiи не принято вмѣшиваться въ личную жизнь ближняго, а въ Россiи-матушкѣ этому предаются по любому поводу и безъ малѣйшаго зазрѣнiя совѣсти. „Ваша безцеремонность спасла мнѣ жизнь”, — отчеканилъ Дональдъ Дональдовичъ, надписавъ Жорѣ Өёдорову «British Foreign Policy since Suez», только что изданную на родинѣ.

У нихъ такъ: уличёнъ ещё не значитъ изобличёнъ. Нѣтъ приговора суда — нѣтъ преступленiя. И управляющiй лорда Маклейна безпрепятственно переводилъ ренту отъ наслѣдственнаго шотландскаго помѣстья въ Москву на имя Mарка Петровича Фрейзера, и тотъ получалъ ея въ чекахъ Внешпосылторга.

Вотъ я прикинулъ на ладони вѣсъ указаннаго вышѣ перла издательскаго вкуса и такта (припечатка мелкимъ кеглемъ „suspected in espionage in favour of USSR”), и предлагаю Георгiю Борисовичу омыть звуковыми волнами твёрдый носитель, благо принадлежности заблаговременно прiобрѣтены.

— Давай, — въ сей же часъ соглашается тотъ, и я включаю лентопротягу.

Замри, мгновенье. Надо пояснить, что значитъ заблаговременное прiобрѣтенiе: утромъ ходили покупать. На мои, плохого не подумайте. Да ему и не продали бы. Помните дождевикъ, въ которомъ Орестъ Верейскiй засталъ археолога Өёдорова времёнъ хрущёвской оттепели? Горбачёвской перестройке спѣли отходную, а плащъ тотъ же. И беретикъ. Горьковскiй типажъ изъ «На днѣ», откуда у такого деньги. Ни за что не продали бы.

Балагурю въ самомъ приятномъ расположенiи духа, и вотъ почему. Прiобрѣли принадлежности звукозаписи, двинулись в обратный путь. Георгiй Борисович впереди, я замыкающiй. Вдругъ тихонько такъ за спиной: простите, это не профессоръ Өёдоровъ? Согласно киваю. А вы его сынъ? Прекращаю дозволенныя рѣчи, возвращаюсь къ прибою памяти о твёрдый носитель.

Готово, провѣримъ качество записи. Обратная перемотка, пускъ. И шелестящая тишина: впопыхахъ я перепуталъ запись и стиранiе.

— Это былъ черновикъ, сейчасъ перебѣлимъ, — какъ ни в чёмъ не бывало заявляетъ сказитель. Но уже потомки недосчитались кой-какихъ подробностей, какъ то: гонораръ отъ английскаго изданiя авторъ перечислилъ въ фондъ помощи госпиталямъ Вьетнама и мн.др.

Даже самый разсѣянный читатель раскусил нехитрый мой — всё-таки Герцена, съ удовольствiемъ уступаю пальму первенства — приёмъ чередовать былое и думы. Думы доморощенные, былое — взаймы и только взаймы. Ну что вы, какъ это безъ отдачи. Производство памятниковъ уже на такой широкой ногѣ, что не поспѣваю съ подножiями.

Кстати, о памятникахъ. Тоже призанялъ на удобный случай. Представьте себѣ римскiй форумъ: форумчане прогуливаются въ сѣни портика, мраморныя подобiя ихъ выдающихся соотечественниковъ изнываютъ на солнопёкѣ. Въ окруженiи почитателей шествуетъ Катонъ Старший, выступленiя коего предъ согражданами неизмѣнно заканчиваются призывомъ разрушить Карфагенъ. И одинъ из поклонниковъ этого маньяка восклицаетъ: почему здѣсь до сихъ поръ нѣтъ изваянiя Катона?

А Катонъ Старший въ отвѣтъ: чтобы не спрашивали, съ какой стати этотъ болванъ тутъ торчитъ. Вотъ вамъ и маньякъ.

Дабы снять возможныя недоумѣнiя въ умѣстности памятника проф. Д.Я. Самоквасову на Хлѣбникова полѣ, перехожу къ очередной выдержкѣ изъ его научныхъ трудовъ.


ka2.ruСъ цѣлью расширенiя своей военной силы для борьбы съ Римлянами, цари царства Гетовъ стали приглашать и селить въ своихъ владѣнiяхъ племена Сарматовъ, жившихъ до того времени въ областяхъ владѣнiй Босфорскаго царства; эти новые поселенцы царства Гетовъ именуются новыми именами по различiю новыхъ мѣсть своего жительства: Бастарнами, Язигами, Бурами, Метенаспами и др. ‹...›
Римскiй полководецъ Элiй Каттъ, побѣдивъ Гетовъ, принудилъ 50000 плѣнниковъ переселиться съ сѣвернаго на южный берегъ Дуная; а другой побѣдитель Дакiйскихъ царей, Тиб. Сильванъ, заставилъ 100000 плѣнныхъ Гетовъ переселиться съ лѣваго берега Дуная на правый, въ римскую провинцiю Мизiю. При Домицiанѣ счастье войны склоняется на сторону Гетовъ, и царь ихъ Децебалъ принуждаетъ императора заключить съ нимъ постыдный для имперiи миръ; но затѣмъ императоръ Траянъ, послѣ долгихъ и огромныхъ приготовленiй, направляетъ противъ Гетовъ три армiи римскаго войска, изъ которыхъ одна состояла подъ личнымъ начальствомъ императора. Армiя, состоявшая подъ предводительствомъ К. Лузiя, овладѣла столицею гетскаго царя, и Децебалъ, послѣ многихъ пораженiй, долженъ былъ признать надъ собою власть римскаго императора. Въ столицѣ царя Гетовъ былъ оставленъ римскiй гарнизонъ, а императоръ съ трiумфомъ возвратился въ Римъ. По удаленiи Траяна, Децебалъ дѣлаетъ попытку возвращенiя независимости царству Гетовъ, и римскiй императоръ спешить обратно къ Дунаю; здѣсь, при помощи подкупа Язиговъ, Буровъ и нѣкоторыхъ другихъ сарматскихъ племенъ, измѣнившихъ Децебалу, императоръ Траянъ окончательно покоряетъ царство Гетовъ и обращаетъ его въ римскую провинцiю, подъ именемъ Дакiи, а по возвращенiи въ Римъ, увѣковѣчилъ это событiе знаменитою колонною Траяна.
     Границы римской провинцiи Дакiи соотвѣтствовали границамъ завоеваннаго царства Гетовъ, простирались на В. до р. Днѣпра, а на С. до границъ государства Россовъ, лежавшаго надъ днепровскими порогами и до пустынь, лежавшихъ надъ Карпатами въ областяхъ рѣкъ Одера и Вислы съ ихъ притоками, указанныхъ свидѣтельствомъ Юлiя Цезаря, по которому на В. отъ р. Эльбы лежала необитаемая пустыня въ протяженiи на 600 миль, такъ какъ сильные народы, жившiе южнѣе этой пустыни, не позволяли другимъ народамъ жить вблизи границъ своихъ владенiй. ‹...›
     Нижеслѣдующiе археологическiе и топографичесюе факты, по моему мнѣнiю, доказываютъ несомнѣнно, что государство Россовъ, лежавшее въ эпоху завоеванiя царства Гетовъ Римлянами надъ днѣпровскими порогами, приняло въ среду своего народонаселенiя племена, бѣжавшiя отъ римскаго владычества изъ дунайской славянской прародины, и такимъ образомъ возникло государство Россовъ со смѣшаннымъ народонаселенiемъ, состоявшимъ изъ древнихъ Россаланъ и пришлыхъ гето-дакiйскихъ племенъ, родственныхъ по происхожденiю и языку, но отличавшихся особымъ нарѣчiемъ и нѣкоторыми обычаями, заимствованными Гетами отъ Грековъ и Римлянъ; а къ числу такихъ обычаевъ принадлежалъ и погребальный обрядъ. Обрядъ погребенiя этого рода встрѣчается особенно часто въ областяхъ, отмѣченныхъ находками римскихъ монетъ императорской эпохи и топографическими именами, въ которыхъ звучать имена Рима, Волоховъ и Траяна.
     Географическая область, принявшая въ составь народонаселенiя государства Россовъ племена дакiйскiя, обозначена топографическими именами, въ которыхъ звучатъ имена Рима, Волоховъ и Траяна, ‹...› кладами римскихъ монетъ, курганными кладбищами, содержащими предметы римскаго искусства, и могилами съ обрядомъ трупосожженiя, принесеннымъ гето-дакiйскими племенами въ пределы государства Россовъ. По такимъ признакамъ, въ составъ сказанной территорiи государства Россовъ входили области рѣкъ Роси съ ея притоками на западной сторонѣ Днѣпра и рѣкъ Суды, Псла и Ворсклы съ ихъ притоками на восточной стороне Днѣпра. Археологическими раскопками и находками, сдѣланными до настоящаго времени, недостаточно выяснена только юго-восточная граница государства Гето-Россовъ, лежавшая за р. Ворсклою. ‹...›
     По свидѣтельствамъ Страбона, Юлiя Цезаря и Тацита области, лежавшiя на востокъ отъ р. Эльбы и Герцинскаго лѣса, населенныя Сарматами, были Римлянамъ совершенно неизвѣстны, потому что никто изъ Римлянъ не ходилъ туда сухимъ путемъ и не плавалъ водою; а между тѣмъ, въ областяхъ рѣкъ Одера, Вислы и средняго теченiя Днѣпра съ ихъ притоками встрѣчается много римскихъ монетъ и другихъ бытовыхъ издѣлiй римскаго искусства. ‹...›
     Въ 1804 г. въ Могилевской губернiи, близь г. Климовичи, былъ найденъ кладъ римскихъ императорскихъ монегь, состоявшiй изъ 1815 экземпляровъ (Дѣло Им. Эрм. за 1804).
     На сѣверной окраинѣ государства Россовъ, въ Черниговской г., въ пяти верстахъ отъ г. Нѣжина, у дороги на Пашковку, въ 1873 г. былъ открыть кладъ римскихъ императорскихъ монеть, въ числѣ 1312 экземпляровъ, времени отъ Нерона до Септимiя Севера (Дѣло И.А. Комиссiи за 1873 г.).
     На той же сѣверной границѣ государства Россовъ, въ Обоянскомъ у., Курской г., у с. Луневки, въ 1880 г. былъ найденъ горшокъ, наполненный римскою серебряною монетою времени императоровь отъ Траяна до Септимiя Севера.
      ‹...› Не менѣе часты находки римскихъ императорскихъ монеть въ Полтавской г. и въ частности въ мѣстностяхъ, отмѣченныхъ именами Римъ и Волохи: въ селенiи Волховцы, Роменскаго у. былъ найденъ кладъ серебряныхъ монетъ времени римскихъ императоровь въ количествѣ болѣе 300 экземпляровъ; въ г. Ромнахъ были найдены римскiя монеты времени императора Траяна; въ городѣ Глинскѣ, у котораго лѣжить село Волошиновка, при распашке огорода, были найдены 4 монеты императора Траяна, и др. ‹...›
     Бывшiе гето-дакiйскiе римскiе подданные должны были оставить въ предѣлахъ современныхъ намъ Кiевской и Полтавской г.г. свои могилы, съ обрядомъ погребенiя, вынесеннымъ изъ дунайской прародины. Эти могилы не трудно отличить отъ могилъ туземнаго населенiя и могилъ перiодовъ сарматскаго и русскаго. Отличительными признаками могилъ гето-дакiйскихъ колонистовъ въ областяхъ Вислы и Днѣпра являются обрядъ трупосожженiя и присутствiе въ могилахъ бытовыхъ издѣлiй римскаго искусства. ‹...›
     Въ царствѣ Гетовъ всегда были совѣтники царя, признаваемые пророками. Въ правленiе Бурвисты такимъ пророкомъ быль Декеней, опираясь на прорицанiя котораго, Бурвиста скрѣпилъ подвластныя ему племена въ прочный союзъ и образовалъ могущественное царство, бывшее страшнымъ даже для Римлянъ ‹...›
     Измѣненiе религiозныхъ вѣрованiй повлекло за собою перемѣну въ погребальномъ обрядѣ, господствовавшемъ въ Сколотскомъ царствѣ. Рядомъ съ погребенiемъ покойника въ могильной яме, въ царстве Гетовъ появляется обрядъ сожженiя труповъ, сходный съ тѣмь же обрядомъ древнихъ Грековъ, Римлянъ и Өракiйцевъ.
     Өракiйскiй обрядъ погребенiя Геродотъ описалъ следующими чертами: „‹...› Богатыхъ Өракiянъ хоронятъ слѣдующимъ образомъ: оплакавши трупъ, выставляютъ его на три дня, приносятъ ему въ жертву всякаго рода животныхъ и устраиваютъ пиршества, а затѣмъ хоронятъ, сожигая трупъ на огнѣ, или предавая его землѣ, и насыпаютъ надъ могилою курганъ” (кн. V, гл. 5, 8). ‹...›
     Во второй половине XIX ст., когда въ Царствѣ Польскомъ, Галицiи, Силезiи и Познани были начаты болѣе или менѣе систематическiя археологическiя изслѣдованiя, могильники съ погребальными урнами были открыты во множествѣ на всемъ пространствѣ древней Польши, по устройству и содержанiю, однородные съ Масловскимъ могильникомъ въ Силезiи. Большинство могилъ этого рода содержать въ себѣ только сосуды съ прахомъ сожженыхъ покойниковъ, безъ какихъ бы то ни было бытовыхъ предметовъ; но изрѣдка встрѣчаются въ нихъ изделiя римскаго искусства. ‹...›
     Мною изслѣдованы были 16 могильниковъ въ уѣздахъ Варшавскомъ, Гура-Кальварiйскомъ, Нешавскомъ и Новогеоргiевскомъ съ погребальными урнами, въ которыхъ найдены были между пережжеными костями серебряные и бронзовые слитки и разнаго рода бытовые предметы, къ числу которыхъ принадлежать нѣсколько фибулъ римской формы и римскiя железныя шпоры.
     Эти могильники я помѣстилъ въ отдѣлѣ могилъ славянорусской эпохи, потому что обрядъ погребенiя покойниковъ посредствомъ сожженiя и помѣщенiя сожженаго праха въ погребальной урнѣ подъ ровною поверхностью земли господствовалъ въ пределахъ древней Польши со времени выселенiя Славянъ изъ дунайской прародины до времени рецепцiи христианства, и въ настоящее время нѣтъ возможности разграничить могильники Польши этого рода по историческимъ перiодамъ. Со времени образованiя Сколотскаго царства области Вислы и Одера оставались пустынями до времени завоеванiя царства Гетовъ Римлянами, а потому въ предѣлахъ древней Польши нѣтъ могилъ сколотскаго и сарматскаго перiодовъ ‹...›
     Въ области Днѣпра могилы съ погребальными урнами, залегающими подъ ровною поверхностью земли, однородныя съ такими же могильниками Италiи и древней Польши, открыты раскопками 1900 г. В.В. Хвойко въ Кiевскомъ у., при селенiи Черняховѣ. Могильникъ расположенъ на возвышенности и занимаетъ пространство до 7000 квад. метровъ, на которомъ, по исчисленiю г. Хвойко, залегаетъ оть 500 до 600 могилъ, содержащихъ остатки погребенныхъ и сожженыхъ покойниковъ; количество могилъ съ остатками трупосожженiя преобладаетъ; погребальные сосуды помѣщаются на глубине оть 20 сент. до одного метра подъ поверхностью, въ рѣдкихъ случаяхъ глубже, до трехъ метровъ. Въ одной могилѣ обыкновенно встрѣчается по три сосуда, изъ которыхъ одинъ съ пережжеными человѣческими костями; иногда сожженыя человѣческiя кости лежатъ на плотно утрамбованномъ днѣ могильной ямы, а вокругъ расположены пустые сосуды, число которыхъ иногда восходило до 12, а въ одномъ случаѣ даже до пятнадцати. ‹...› Въ могилахъ съ несожжеными покойниками того-же могильника костяки помѣщались въ могильныхъ ямахъ безъ слѣдовъ дерева; только въ двухъ случаяхъ оказались остатки деревянныхъ склеповъ. Костяки лежали обыкновенно въ вытянутомъ положенiи, преимущественно головою на З. При костякахъ были находимы глиняные сосуды съ бараньими костями, бусы изъ сердолика, янтаря, стекла и композицiи, фибулы изъ серебра, бронзы и желѣза, пряжки, желѣзные ножи и серпы, костяные гребешки съ металлическими гвоздиками, глиняныя пряслицы, привѣски изъ морскихъ раковинъ, стекляныя кольца, стекляные сосуды и разные мелкiе бытовые предметы; ‹...› бронзовыя фибулы формы римскихъ фибулъ провинцiальныхъ типовъ; на римскую же эпоху могильника указываютъ найденная въ немъ три монеты ‹...› Могильники, подобные Черняховскому по устройству и содержанiю, были открыты во многихъ мѣстностяхъ Кiевскаго, Васильковскаго и Каневскаго уѣздовъ съ западной стороны Днѣпра и въ области Сулы съ восточной его стороны ‹...›
     Въ 1876 году, проѣздомъ чрезъ с. Хоцки, Переяславскаго у., Полтавской г., я осмотрѣлъ лежание у селенiя песчаные холмы, и на одномъ изъ нихъ встрѣтилъ такiе же кучи глиняныхъ черепковъ, угля, золы и пережженыхъ костей, какiя были найдены мною на песчаныхъ холмахъ праваго берега р. Вислы подъ Варшавою, гдѣ помѣщались могильники съ погребальными урнами. ‹...›
     Могильники, помѣщающiеся внутри и возлѣ большихъ городищъ въ предѣлахъ бывшаго государства Россовъ съ З-ой и В-ой стороны Днѣпра, содержащiе бытовыя издѣлiя скито-сарматскаго, греческаго и римскаго искусства, представляли собою общественныя кладбища простаго народа, бѣдняковъ. Въ такихъ могильникахъ несожженыхъ покойниковъ погребали въ неглубокихъ ямахъ, безъ склеповъ и гробовъ; а погребенныхъ въ урнахъ сожигали въ трупосожигательницахъ внѣ могилъ, и закапывали урны одну возлѣ другой не глубоко въ землю; могилы того и другого вида не были покрываемы курганными насыпями.
     Древняя трупосожигательница была найдена мною въ одномъ изъ общественныхъ кладбищъ съ погребальными урнами окрестностей Варшавы въ 1885 году ‹...›
     Для лицъ богатыхъ и власть имѣвшихъ, а также ихъ женъ и дѣтей, гето-дакiйскiе колонисты въ государстве Россовъ устраивали срубныя могилы, такого-же устройства, какъ могилы сарматскаго перiода, и покрывали ихъ курганами. Сожженые трупы такихъ покойниковъ также покрывали курганами, вместе съ остатками костровъ ‹...›
     Иногда покойника сожигали на кострѣ, воздвигнутомъ на курганной насыпи, а послѣ сожженiя прахъ собирали въ сосудъ, кострище сваливали въ гробницу, ставили на ея вершинѣ урну съ прахомъ и насыпали надъ нею верхнюю половину кургана ‹...›
ka2.ruБлижайшее знакомство съ археологическимъ матерiаломъ земли, лежащей надъ днѣпровскими порогами, въ областяхъ рѣкъ Роси, Суды, Псла и Ворсклы, показываетъ ясно, что здесь въ первыя столѣтия после Р.X. существовало обширное и многолюдное государство, что сюда втеченiе всего перiода господства Римлянъ между Дунаемъ и Днепромъ выселялось гето-дакiйское народонаселенiе, при всѣхъ римскихъ императорахъ отъ Траяна до Септимiя Севера. Въ эту эпоху возникли надъ днѣпровскими порогами укрепленныя общественныя жилища, въ числе которыхъ современники насчитывали 53 болѣе значительныхъ городовъ, заключавшихъ въ себѣ десятки десятинъ земли, какъ показываютъ ихъ городища. Обитатели этихъ городовъ у историка Iордана, въ описанiи движенiя Гуновъ въ западную Европу, именуются Острог-отами, въ отличiе отъ восточныхъ соседей ихъ номаднаго состоянiя, именуемыхъ Веси-отами (см. Моммсеновское изд. Гетики Iордана); а нѣмецкiе историки переименовали ихъ въ Остъ-Готовъ и Вестъ-Готовъ, якобы народы германскаго происхожденiя. Это же государство именовалось въ древности Гардариккiей, — страною городовъ. Многолюдство государства Россовъ эпохи господства Римлянъ въ славянской дунайской прародине доказываютъ безчисленныя могилы, открытыя въ послѣднiя десятилѣтiя въ Кiевской и Полтавской губернiяхъ подъ ровною поверхностiю земли и подъ курганами, содержащихъ, вмѣсте съ скито-сарматскими и греческими издѣлiями, издѣлiя римской культуры императорской эпохи. Это государство Россаланъ или Россовъ въ IV в. направляегь свои дружины на Западъ, гдѣ онѣ появляются подъ именами известныхъ завоевателей Аланъ и Гуновъ. Подъ этимъ движенiемъ Острог-отовъ въ союзе съ Веси-отами сначала падаетъ господство Римлянъ въ славянской дунайской прародинѣ, а затѣмъ рушится и всемiрное господство западной Римской имперiи; но въ этомъ же движенiи на Западъ ослабела военная сила государства Россовъ. Новое движенiе народовъ изъ за Дона, именуемыхъ нашимъ лѣтописцемъ Козарами, разрушаетъ въ VII в. государство Россовъ, въ которомъ сложился Русскiй этнографическiй типъ, отличный отъ родственныхъ ему типовъ Болгарскаго, Сербскаго, Чешскаго и Польскаго, гдѣ возникли русскiй языкъ, русская религiя и русское право. Козарскiй завоевательный натискъ вынудилъ Россовъ оставить свою родину надъ днѣпровскими порогами и бѣжать въ сѣверныя лѣсныя области, и тамъ образовать тѣ 12 изолированныхъ географически и политически русскихъ племенныхъ княженiй, говорящихъ однимъ русскимъ языкомъ, исчисленiемъ которыхъ начинаетъ русскую исторiю древнѣйшiй русскiй лѣтописецъ.
Могилы Русской земли. Описанiе археологическихъ раскопокъ и собранiя древностей
профессора Д.Я. Самоквасова. Москва. Синодальная Типографiя. 1908. С. 164–174.

Охъ и чешутся руки ввязаться, но нетъ: давши слово на итоговый разборъ, креплюсь. Одно замечу съ удовольствiемъ: не всегда члену Императорской Археологической Комиссiи проф. Д.Я. Самоквасову приходилось одолжаться у супруги на раскопки, подчасъ перепадало и отъ казны.

Царство Польское была такая же Русская земля, какъ Чукотка, но предъ пшеками взяли моду заискивать. Эвона деньжищ ввалено въ польскую археологiю. Зато Дмитрий Яковлевич могъ на мѣстѣ сравнить краковскiя пепельницы съ черниговскими, привисленскiе клады римскаго серебра съ приднѣпровскими. Да, подъ Калишемъ нашли до двадцати тысячъ серебряныхъ римскихъ монетъ, судя по вмѣстимости плавильнаго горшка и количеству изъятыхъ слитковъ. А близъ Нѣжина, у дороги на Пашковку, отрыли всего-то 1312 денарiевъ Нерона и далѣе по списку, согласно описи, смотри Дѣло Императорской Археологической Комиссiи за 1873 г. (глаголъ повелительнаго наклоненiя отношу къ Петрову В.П.).

Я такъ и не смогъ добиться, гдѣ Викентiй Хвойка разжился деньгами на прославленный в дальнейшемъ Черняховский могильникъ. Покамѣстъ уяснилъ одно: «Русскiя могилы» Самоквасова — первое солидное изданiе, раструбившѣе объ открытiи вѣка. Съ удовлетворенiемъ — если не самодовольствомъ — маститый археологъ сообщаетъ городу и мiру о томъ, что безвѣстному новичку удалось отчасти подтвердить его, профессора Самоквасова, устоявшиеся взгляды.

А чемъ, кромѣ «Гетики» Iордана, пресловутый Gustaf Kossinna (Kossina) о ту пору могъ обосновать Die deutsche Ostmark, ein Heimatboden der Germanen?

Ба, да вы уснули. Подъёмъ.


ka2.ru памяти отчётливо сохранилось совместное с Георгием Борисовичем Фёдоровым и его женой Марьяной Григорьевной Рошаль посещение Виктора Платоновича 21 сентября 1967 года.  Фёдорова и  Петрова связывала давняя дружба, о чём я и не подозревала, хотя Георгий Борисович был моим научным руководителем в аспирантуре.  По болезни Виктор Платонович уже не выходил из дома, но был в отличном настроении, радовался встрече. Марьяне Григорьевне, опытной журналистке, удалось его разговорить. Она завела речь о московском историке А.Н. Некриче, друге и соседе Фёдоровых, который недавно издал книгу «1941, 22 июня» (М., 1965), где впервые был приоткрыт занавес над тайнами сокрушительного разгрома советских войск на первом этапе войны. Чтобы направить разговор в нужное русло, лучшего нельзя было и придумать. Вскоре мы услышали, когда и при каких обстоятельствах Петров оказался в немецком тылу, какого рода задания выполнял. ‹...›
     Линию фронта он перешёл под Харьковом, без проводника, предварительно проанализировав ход войны по сводкам в газете «Красная звезда». Оказалось, этого было достаточно для выявления „коридоров”, где не было немецких войск. Выводы о состоянии немецкой армии и потенциале врага он сделал ещё в 1941 г., во время битвы под Москвой. По его словам, уже тогда стало понятно, что немецкая военная машина даёт сбои, армия выдыхается, и под Харьковом вполне возможна победа. Она придала бы войне совершенно другой ход, не говоря о международном положении в послевоенной Европе: ни о каком союзе США и Западной Германии не было бы и речи. По мнению Виктора Платоновича, победа под Харьковом предотвратила бы оккупацию Кавказа и Прикубанья; война закончилась бы гораздо раньше и „не в Берлине, а на берегах Ла-Манша”. Трагической ошибкой маршала Тимошенко в битве под Харьковом, где в окружении погибла целая армия, Петров считал бездумное применение опробованной в финскую кампанию тактики „кулака”. Под Харьковом не было единого фронта, немцы стояли по отдельным деревням. И советской разведке это было хорошо известно. Петров самостоятельно вычислил участок, „где можно было свободно гулять, что я и сделал”. ‹...› 
     Нас, конечно, разбирало любопытство, какого рода задание ему было поручено. Сбор информации? Кивок согласия. А потом рассказ о возне вокруг его персоны, которую развернули „бандеровские круги”: оказывается, нашему собеседнику предназначалась ведущая роль в планируемом Гитлером на первом этапе войны марионеточной украинском правительстве. Роль президента? Отрицательное движение головы. Добавляет, что имел преимущество перед прочими „претендентами” (прямо их не называя, но можно было догадаться, что подразумеваются западно-украинских деятели ОУН, уже сформировавшие будущее правительство). Из отдельных реплик Виктора Платоновича стало ясно, что с этой стороны ему постоянно грозила опасность: письменные доносы, в которых его клеймили „советским шпионом”, Виктору Платоновичу не раз показывали его немецкие “коллеги”. 
     Петров имел дело с журналистами, работал главным редактором киевского журнала «Украинский посев». Для немцев он был „европейцем”. Ему доверяли больше, чем деятелелям националистического толка. Противостояние не закончилось в оккупированном Киеве, в послевоенной Германии его накал ничуть не ослаб. 
     Когда стало ясно, что затея с “автономией” провалилась, и Гитлер определил Украине гораздо менее почётный статус колонии рейха, задание Петрову изменили. Уклоняясь от прямых вопросов М.Г. Рошаль, Виктор Платонович раскрывать подробности не стал, сказал только, что это было связано с Винницей. Ничего конкретного.
     Этот неслыханно откровенный разговор на “шпионскую” тему состоялся благодаря несомненному журналистскому дарованию М.Г. Рошаль, и, вероятно, новой для Виктора Платоновича атмосферы “рассекречености”. Именно поэтому нам посчастливилось из первых уст узнать пусть не всю, но всё-таки правду о его деятельности на оккупированной территории. 
     О забавном происшествии по возвращении разведчика на Родину мне рассказала Т.С. Пассек. В послевоенные годы она была учёным секретарём Института истории материальной культуры (с 1954 г. Института археологии) АН СССР в Москве. Виктора Платоновича она хорошо знала, до войны вместе работали на раскопках памятников трипольской культуры (поселение Коломыйщина на Волыни, 1937–38). 
     Институт археологии занимал небольшой дом в Лаврушенском переулке, и в этот день никого, кроме вахтёра, там не было: полевой сезон, сотрудники в экспедициях. Татьяна Сергеевна работала в своём кабинете. Неожиданный скрип двери заставил её оторваться от бумаг. Далее она отреагировала единственно возможным для слабой женщины способом: молниеносно спряталась между тумбами письменного стола. Она опознала в посетителе известного предателя и буржуазного националиста (одна из центральных газет в 1942 опубликовала большую статью о перебежчиках, среди которых значился и В.П. Петров), и в полутёмной комнате приняла заранее развёрнутое им удостоверение за пистолет в протянутой руке.  
     Кончилось тем, что учёному секретарю пришлось вылезти из-под стола и по всем правилам “закрыть” удостоверение, где значилось, что В.П. Петров с такого-то по такое-то время находился в заграничной командировке по делам Внешторга. 
     Позже Георгий Борисович рассказал мне о том, что несколько лет после возвращения из Германии В.П. Петров, не имея жилья, получал пристанище на подмосковной даче известных кинорежиссёров Григория Львовича Рошаля и Веры Павловны Строевой, родителей Маи, как он называл Марьяну Григорьевну. Работал Виктор Петрович тогда в секторе славяно-русской археологии над письменными источниками, а затем по приглашению Фёдорова поехал с ним в Молдавию. Как шутя признался Георгий Борисович, не без пользы для дела и себя лично: зачисляя в штат человека, связанного с органами госбезопасности, он рассчитывал, что из этой конторы уже не приставят “чужого”. А опасаться были причины: в экспедиции тогда работал поэт Наум Коржавин, известный своими антисоветскими стихами. Фёдоров придумал, как решить вопрос “надзора”: поручил В.П. Петрову „охранять” Коржавина, поселив их в одной палатке. Виктор Платонович вспомнил эту историю во время этого — увы, последнего — свидания с другом. Коржавин доставил ему немало хлопот: феноменально рассеянный, с плохим зрением, он всюду терял свои рукописи. “Недреманому оку” приходилось их подбирать и перепрятывать. 
     Во время одной из последних встреч со мной Виктор Платонович рассказал о некоторых подробностях судеб знаменитых писателей. Помню, я тогда спросила, почему бы ему об этом не написать? Он промолчал, за него ответила София Фёдоровна: „Да он уже написал, рукопись в КГБ”. Я тогда ещё не смела открыто расспрашивать В.П. Петрова обо всём, что касалось такой деликатной темы, как госбезопасность. И молча удивлялась: рукопись о писателях — в КГБ? 
Надія Кравченко.  Збагнення. Підготовку тексту і переклад здійснено Н.С. Абашиною.
Вперше надруковано у скороченому варіанті у журналі «Слово і Час», № 10 за 2002 р.
Воспр. по: Українська біографістика = Biographistica Ukrainica: зб. наук. праць / НАН України,
Нац. б-ка України ім. В.І. Вернадського, Ін-т біографічних досліджень;
редкол.: В.І. Попик (відпов. ред.) та інш. — К., 2008. — Вип. 4. С. 409–412.
Перевод мой. — В.М.

Такъ вотъ, значитъ, какъ: рукопись воспоминанiй Надежды Кравченко датирована 2000 г., переведена и въ усѣчённомъ видѣ издана два года спустя.

Передъ вами переводъ съ переклада, разительно не соотвѣтствующаго, подозрѣваю, исходному объёму описанiя послѣднихъ встрѣчь съ генераломъ КГБ В.П. Петровымъ.

Надія Михайлівна Кравченко (1935–2001) о ту пору не имѣла никакой возможности восполнить компетентныя изъятiя, при этомъ изъ непосвящённыхъ только ей довелось держать въ рукахъ служебное удостовѣренiе стараго чекиста. Навѣрняка просилъ тотчасъ забыть увидѣнное. Забыла и забыла. А по смерти Виктора Платоновича вспомнила. И ошарашила чету Өёдоровыхъ, предварительно взявъ слово не разглашать.

Или такъ: Вiкторъ Платоновичъ открылся 21 сентября 1967 всѣмъ троимъ, чуя близкiй конецъ. Онъ страстно хотѣлъ остаться въ памяти людской не только учёнымъ, но и  военнымъ  развѣдчикомъ: связной предалъ во время боёвъ на Западной Украйнѣ. Именно тогда въ Станиславѣ (Stanisławów, ныне Iвано-Франкiвськ), служилъ мой отецъ, лейтенантъ МГБ и моя мама, медработникъ МГБ.

Это не я выдумалъ, что майоръ Петровъ завѣщалъ похоронить его на воинскомъ кладбищѣ, обрекая свои останки на вѣчную разлуку съ прахомъ любимой Софиньки: не воевала, права лежать рядомъ на Лук’янівському військовому кладовище не имѣетъ. Но почему-то ея въ порядкѣ исключенiя подхоронили къ супругу, см. восьмой участокъ, седьмой рядъ, четвёртое мѣсто. Заслужилъ, стало быть.


Разъ ужъ взлохмачена семейная колода картъ съ крапомъ НКВД–МГБ, позволю себѣ выговориться въ разумныхъ предѣлахъ. Такъ вотъ, оба родителя мои противостояли западно-украинскимъ самостiйникамъ не въ разгаръ боевыхъ дѣйствий, а на излётѣ. Уже изъ Станислава дивизiонный госпиталь переведёнъ въ Дрогобычъ, осталась на улице Шопена, бывш. Клементины Гофманъ, небольшая санчасть, госпиталёкъ — царапины залечивать да тяжёлыхъ эвакуировать.

В городѣ было тихо, лѣсныя подземники берегли его, крепко вѣря въ победу. И не обманулись.

Я наслышанъ о сноровкѣ особистовъ госбезопасности: отецъ прослужилъ въ Станиславѣ годъ с небольшимъ и загремѣлъ въ лагеря. Ему червонецъ, маме соломенное вдовство. Спасибо майору Өедоренко, не турнулъ дѣвчонку въ никуда. Спасибо и Лаврентию Павловичу за холодное лѣто 1953-го: кабы не амнистiя, моё появленiе на свѣтъ маловѣроятно.

Отецъ пользовался всѣми благами участника войны, хотя на фронтѣ не былъ и на парадѣ Победы тянулъ носокъ въ составѣ погранучилища. Но дивизия МГБ, куда его направили, несла потери не годъ и не два послѣ взятия Берлина и острововъ Курильской гряды. За должностное преступленiе вскорѣ посадили, такъ что боевую задачу выполнялъ одинъ только разъ. Да и то къ ихъ прибытiю бункеръ уже обработали, оставалось покидать трупы в кузовъ и гнать на предѣльной скорости: жди засаду.

На десять лѣтъ лагерей должностное преступленiе потянуло совершенiемъ онаго группой лицъ, при этомъ подѣльника после очной ставки лейтенантъ Молотиловъ больше въ глаза не виделъ — ни на судѣ, ни въ пересыльной тюрьмѣ. Лейтенантъ былъ молодой да раннiй: на майорской должности. Завѣдовалъ оружейнымъ складом, где хранились и трофейныя стволы. Табельное оружiе комсостава на рукахъ круглосуточно, и отчётъ о расходѣ боезапаса шаляй-валяй. Кобура не порожняя — вопросовъ больше нетъ.

А у Өеди Пинчука вдругъ опустѣла по пьянке. На ночь глядя прибѣгаетъ къ Серёжѣ: выручай, другъ. Какъ же не другъ, вмѣстѣ на Красной площади чеканили шагъ. Не говоря о весело проводимомъ досугѣ. И Серёжа — была не была — выдаётъ Өеде троөейный ТТ подъ честное слово. Позавчера изъ лѣсу, нигдѣ не числится. Пропажа найдётся подъ чужой подушкой, не вопросъ. А наутро за Серёжей пришли.


И вотъ я знакомлюсь съ показанiями Георгiя Борисовича и его аспирантки Нади Кравченко. Скажу такъ: мало похожа обстановка разсекречиванiя на мою. Маму я похоронилъ два месяца тому назадъ, а узналъ всю правду годомъ раньше, когда умерла въ первый разъ.

Умерла на моихъ рукахъ. Сотворилъ краткую молитву на исходъ души — и вдругъ дыханiе возобновляется. Но я уже озаботился разлукою навсегда и отыскалъ мамину трудовую книжку: поминки, то-сё. Каково было изумлѣнiе: тоже участница войны. Чёрнымъ по бѣлому: трудоустроена тогда-то и туда-то съ принесенiемъ торжественной клятвы. Дала подписку о неразглашенiи, говоря языкомъ подобныхъ мнѣ подписантовъ.

И вотъ маме лучше и лучше, уже с ложечки кормлю. Рассказывай, что за торжественная клятва. Ни въ какую. Страны такой уже нѣтъ, и Украйну профукали, говорю. Ни въ какую. Папаня же всё выложилъ безъ утайки, говорю. Молчитъ. День уговариваю открыться, два уговариваю.

Сдалась-таки. Но раскрыла военную тайну безъ всякаго удовольствiя, совсѣмъ как майоръ Петровъ. Только у того подопечные отбыли за океанъ, а мамины легли на воинскомъ кладбищѣ.

Одинъ только и лёгъ, я вамъ не Солженицынъ преувеличивать съ чужихъ словъ. Здоровенный молодой парень. Живымъ не довезти до Дрогобыча, оставили умирать на Шопена. Мамино дежурство, а у парня агонiя. Уже я плачу и закругляюсь со Станиславомъ, где на мѣстѣ танка Т–34 теперь Степанъ Бандера. И даже Катонъ не придерётся: памятникъ победителю.


Такъ вотъ, резидента выдернули. Потомъ карантинъ и вывели въ расходъ. За штатъ, прошу прощенiя. Майоръ Петровъ выведенъ за штатъ весной-летомъ 1950-го, а Бандера устранёнъ в 1959-мъ. Почему не раньше? Потому что.


Уже высохли слёзы, закончу съ агонiей молодого парня. Мама мнѣ про то, какъ онъ мечется по койкѣ, и она всѣмъ тѣломъ наваливается, чтобы на полъ не скатился; а я прикидываю въ умѣ, каково это умирать у красавицы въ объятiяхъ. Лучше бы старая карга, не такъ обидно. Или мелькнуло въ угасающемъ сознанiи: поцѣлуй, ну поцѣлуй меня, я же не цѣлованный. Опять плачу. Вотъ вам и готөы.


Всё, отхлынули воспоминанiя, даю слово не отвлекаться даже и на маму. Итакъ, присоединяюсь къ мнѣнiю В.М. Молотова (Скрябина) о недостаточности уликъ противъ сотрудника ввѣреннаго ему Комитета. Но что мюнхенский резидентъ съ душкомъ, сомнѣнiй, товарищи, нѣтъ. Не надо семи пядей во лбу, чтобы понять: написавшiе вот это (потрясаетъ репринтомъ «Діячі української культури — жертви більшовицького терору») пальцы сложены въ кукишъ. Сочувствiе къ жертвамъ такъ называемой ежовщины сочится изъ всѣхъ дыръ. О врагахъ народа такъ не пишутъ даже подъ личиною. И гдѣ достиженiя резидента Петрова? Марионеточное правительство не создано, винницкiй актъ не состоялся, идейные вдохновители нацiоналистовъ уплыли за океанъ, Бандера живъ. Если донесенiя Петрова изъ Мюнхена не пыль в глаза, то что же. Слово предоставляется тов. Абакумову В.С.


Ничего никому не предоставляется, а только кажется, мерещится и блазнится. Ибо спасла резидента отъ пули палача тогдашняя неразбериха въ руководствѣ шпiонскаго вѣдомства. Напоминаю, В. Петрова послѣдний разъ видѣли въ Мюнхенѣ  17–18 апреля,  а председателя Комитета информацiи при Министерствѣ иностранныхъ дѣлъ СССР Молотова В.М. сняли  4 марта  того же 1949 года.


ka2.ru мая 1946 года министром государственной безопасности стал начальник ГУКР «Смерш» В.С. Абакумов. С его приходом началось перетекание функций МВД СССР в ведение МГБ. В 1947–1952 годах из МВД в МГБ переданы внутренние войска, милиция, пограничные войска и другие подразделения (в составе МВД остались лагерные и строительные управления, пожарная охрана, конвойные войска, фельдъегерская связь).
     С другой стороны, из ведения МГБ была изъята внешняя разведка. 30 мая 1947 года было принято решение о создании Комитета информации (КИ) при Совете Министров СССР во главе с В.М. Молотовым, который объединил внешнюю политическую и военную разведки. В  феврале 1949  года КИ при СМ СССР был реорганизован в КИ при Министерстве иностранных дел СССР, в ведение МГБ была возвращена внешняя контрразведка в советских загранучреждениях. В ноябре 1951 года внешняя разведка целиком возвращена в МГБ.
ru.wikipedia.org/wiki/Министерство_государственной_безопасности_СССР

Огребанiе всего и вся лапою генералъ-полковника В.С. Абакумова объясняется не въ послѣднюю очередь накаломъ боевыхъ действiй на Западной Украйнѣ. Какъ всегда, Вiктору Семёновичу благоволитъ Ника, богиня никарагуанцевъ и никакiанъ: въ якобы мирномъ 1948 году министръ госбезопасности получаетъ на грудь третiй орденъ Боевого Краснаго Знамени. Потому и Ника, что первый даденъ за руку братской помощи Литвѣ въ 1940-мъ, второй за образцовое разсѣленiе вороньихъ слободокъ въ 1944-мъ.

Едва ли Абакумовъ мечталъ подмять подъ себя молотовскую контору: навязали. Впрочемъ, не настаиваю. Болѣе того, съ отвращенiемъ отрекаюсь отъ неумѣстной шутки про Нику, руку и слободки. Вiктора Абакумова отецъ уважалъ за мужество, проявленное на допросахъ и подъ пыткою. Ни единаго человѣка не оговорилъ. Пытали опальнаго наркома такъ: ледяной карцеръ и наручники. Въ Львовской пересыльной тюрьмѣ отец избиль сокамерника и понюхалъ десять сутокъ карцера. Зимой. Но руки-то не скованы.

Ну и ловко же провернулъ дѣльцѣ лучшiй другъ акыновъ и ашуговъ, просто блескъ. За месяцъ до низложенiя передаютъ всю политическую развѣдку въ непосредственное веденiе обречённаго Молотова, при этомъ внѣшняя контрразвѣдка ввѣряется МГБ якобы частично, въ предѣлахъ агентуры ГУСИМЗ. Поучительный образчикъ (вспоминаемъ смѣщенiе Генриха Ягоды переводомъ въ наркоматъ связи) сталинскаго коварства: товарищ Молотовъ перегруженъ, облегчимъ непосильную ношу. Подставляется плечо → дорогу осилитъ идущiй → сорную траву съ поля вонъ.

Уронили Молотова, министромъ иностранныхъ дѣлъ и, соотвѣтственно, главой усѣчённаго КИ назначается Вышинскiй, стряпчiй по разстрѣльнымъ дѣламъ недобитковъ-долгожителей. Тёртый калачъ, мигомъ сообразилъ, какъ уцѣлеть.

Провѣрю-ка смекалку Анфисы Абрамовны. Вопросъ: полный залъ, вы за роялемъ и не знаете нотъ. Ваши дѣйствiя. Прикинуться настройщикомъ роялей, совѣршенно вѣрно.

Судя по захороненiю праха въ кремлёвской стенѣ, Андрей Януарьевичъ въ шпионскомъ хозяйствѣ Молотова дровъ не наломалъ. А черезъ полтора года струнно-колковой канители (ноябрь 1951) сбылъ съ рукъ и остатки полномочiй. Слѣдовательно, мѣроприятiя карантина В. Петрова разрабатывали парни Абакумова, матёрые смершевцы (вспоминаемъ пустую кобуру Өеди Пинчука) изъ МГБ.

А вотъ и время голословiя, туфты и т.п. Били майора В. Петрова? А кого не били, развѣ что сыновъ Альбiона. Изъ коихъ особенно благоволилъ маршалъ Берiя Дональду Маклейну, за помощь курчатовской конторѣ. Далъ слово выдернуть Мелинду — выдернулъ (черезъ Вену: слушай сказки венскаго лѣса въ исполненiи А.Н. Андрiевскаго). Не стану комкать өёдоровскiя воспоминанiя, а только внесу поправку: Мэмси родилась ещё до запоевъ, подозрѣнiя отцовства Кима Филби безпочвенны.

Ну били, но при этомъ ждали добровольныхъ признанiй, а не самооговора. И майоръ В. Петровъ это прекрасно понималъ. Поэтому стойко переносилъ мѣры воздѣйствiя. Когда-нибудь же отстанутъ. На руку истязуемому была и видимая хлипкость, несообразная съ желѣзнымъ здоровьемъ.

Теперь ставимъ себя на мѣсто слѣдователя по дѣлу разоблачённаго резидента. Лично я пасъ, приглашаю Анфису Абрамовну. Пасъ? Очень жаль.

Мнѣ сподручнѣе голословить изъ головы В.С. Абакумова. Итакъ, я сталинскiй наркомъ госбезопасности, въ первомъ приближенiи (рѣшающее слово за Лаврентiемъ) вершитель судебъ агентовъ, резидентовъ и т.п. Петрова использовать въ качествѣ эксперта по кукловодамъ ОУН–УПА крайне рискованно, если не сказать глупо. О попыткѣ повторнаго внедренiя речи быть не можетъ: британская SIS того и ждётъ.

Подсажу-ка насѣдку.

И распоряжаюсь перевести испытуемаго въ больничку. И что докладываетъ правдоподобно иссиняченный соглядатай временно беззубымъ ртомъ. Этотъ лопоухiй плюгашъ бредитъ чёртъ знаетъ чѣмъ: какими-то черняховцами. Ладно бы сообщники Ивана Черняховскаго, такъ нѣтъ — ископаемые кости да пепелъ. Называетъ ихъ предками украинского народа. А Гитлеръ, дескать, этихъ мертвяковъ произвёлъ въ германцы.

Украинского народа нѣтъ и быть не можетъ — товарищ Сталинъ пролагаетъ путь въ свѣтлое завтра единому совѣтскому народу и братскимъ народамъ зарубежья. Гитлера прикопали на обочинѣ, и уже не такъ страшенъ чёртъ, какъ его малютки. А не потрудиться ли товарищу Петрову надъ сборомъ доказательной базы славяно-германскихъ нѣдоумѣнiй?


Очевидный вопросъ: похоже на пустую кобуру Өеди Пинчука? Никакъ нѣтъ. Генерала Черняховскаго приплёлъ зачемъ-то. Генералъ спитъ въ землѣ сырой близъ моего дѣда, наводчика противотанковаго ружья. Вѣчная память. Минута молчанiя, продолжаю о мытарствахъ майора Петрова.

Кстати, о званiяхъ. То генералъ, то майоръ. Анфиса Абрамовна сочла, небось, ляпомъ. Въ ятяхъ не сильна, такъ хоть майоромъ поддѣну. Рано радоваться.

Возможно, сейчасъ положенiе измѣнилось, но въ сталинскiя времена развѣдчиковъ-нелегаловъ награждали крайне скупо, если не сказать никогда. Хорошо это или плохо — не мнѣ судить. Внеочередныя воинскiя званiя бойцамъ невидимаго фронта изъ внѣшней развѣдки НКВД–МГБ особь статья, а вотъ присвоенiе очередныхъ производилось въ обязательномъ порядкѣ. Сегодня нелегалъ, завтра по состоянiю здоровья на преподавательской работе. Кадры решаютъ всё, у людей-гвоздей къ наставнику-молотобойцу должно быть довѣрiе и — особо подчеркну — уваженiе. О какомъ уваженiи курсанта къ седовласому летёхѣ (изъ словаря Серёжи Молотилова) можетъ идти рѣчъ? Майоръ — другое дѣло.

Сообразилъ выбѣлить кость карающей десницы пролетариата Генрихъ Ягода. Пока не золотые погоны, но уже младшiй лейтенантъ, лейтенантъ, капитанъ, майоръ и старший майоръ, далѣе комиссары ГБ по рангамъ, отрыжка ВЧК–ОГПУ.

Могъ воспитанный на древнихъ языкахъ археологъ — таковымъ была кандидатъ наукъ Н.М. Кравченко — перепутать старшаго майора съ генералъ-майоромъ (‘генералъ’ происходитъ отъ от лат. generalis  — ‘главный, старшiй’)? Никакъ нѣтъ: поимённый списокъ старшихъ майоровъ НКВД съ 1935 по 1943 годы нынѣ въ свободномъ доступѣ, и въ указанномъ спискѣ В.П. Петровъ не значится. Стало быть, къ концу войны онъ имѣлъ чинъ не вышѣ майора госбезопасности.

Но ведь В. Петровь находился на нелегальномъ положенiи вплоть до весны 1949 года, могъ ещё нахватать лампасовъ на ляжки.

Нѣтъ, не могъ, и вотъ почему. Генералы ГБ появились только 9 июля 1945 г. Включая 143 генералъ-майора, произведенныхъ изъ бывшихъ старшихъ майоровъ. Въ дальнѣйшемъ генеральскiя званiя не присваивались до 1954 года.

Правда, есть одна зацепка въ пользу сообщенiя Г.Б. Өёдорова о большихъ звёздахъ бывшаго начальника раскопа: во исполненiе Указа Президиума Верховнаго Совѣта СССР от 21 августа 1952 года приказомъ МГБ № 0294 от 26 августа 1952 г. воинскiя званiя были вновь замѣнены на спецзванiя. Т.е. генералы госбезопасности опять стали комиссарами соответствующаго ранга. Но черезъ два года золотые погоны вернули, генеральскiя званiя опять начали присваивать достойнымъ.

Достойнымъ въ глазахъ преемниковъ Лаврентiя Берiя. Генерала армiи Сѣрова И.А., въ частности. Председателя Комитета государственной безопасности при Совѣтѣ Министровъ СССР. И, въ отличiе отъ Молотова, Абакумова и Вышинскаго, стариннаго знакомца Виктора Платоновича Петрова.

Сѣровъ и зачислилъ его въ кадровый резервъ НКВД, между нами говоря. И директоромъ Института фольклора и этнографии АН УССР назначилъ. И въ академики двигалъ. Во времена гауляйтерства, скажемъ такъ, Никиты Сергѣевича Хрущёва на Украйнѣ.

Вотъ передъ кем я снимаю шляпу: передъ Иваномъ Сѣровымъ. Кабы не Сѣровъ — ещё вопросъ, оказались бы у страны Совѣтовъ носители боезарядовъ массоваго пораженiя въ нужное время, или Джонъ Кеннеди отдалъ приказъ отбомбиться по намѣченнымъ цѣлямъ.

Но сейчасъ рѣчь не о противостоянiи дядѣ Сэму, а о пересечѣнiяхъ послевоенныхъ путей-дорогъ майора Петрова и его крестнаго отца въ развѣдке. Знаете разницу между нелегаломъ и агентомъ под прикрытiемъ? Андрiевскiй имѣлъ удостовѣренiе съ печатью, майоръ Петровъ дѣйствовалъ на свой страхъ и рискъ: не заявитъ МИД протестъ наглымъ клеветникамъ, если схватятъ за шкирку.

Такъ вотъ, Иванъ Александровичъ былъ въ курсѣ мюнхенскаго сиденiя своего выдвиженца.

Предварительно разрешу недоумѣнiя изслѣдователей жизненнаго пути В.П. Петрова, онъ же Бэръ, он же Домонтовичъ: кой чёртъ носилъ его во Львовъ. Не чёртъ, а наркомъ внутреннихъ дѣлъ Украинской ССР (съ сентября 1939 по февраль 1941) Сѣровъ И.А.

Наркомъ и приданныя ему воинскiя подраздѣленiя изымали, во исполненiе  тайнаго сговора Молотова-Риббентропа, Восточную Галицiю у панской Польши. А В. Петровъ зналъ нѣсколько живыхъ и мёртвыхъ языковъ (въ 1969-мъ готовилъ къ изданiю прусскiй словарь, нашли на рабочемъ столе).

Ну и что зналъ языки, мало ли переводчиковъ. Хватаеть, не спорю. Но в западные области въезд был запрещён, кроме официальных лиц, да и то по решению ЦК или Совмина. Это были вынуждены сделать ввиду того, что в первый месяц столько появилось желающих поехать в западные области, а руководства ведомств всячески добивались послать своих людей и, кстати сказать, “побарахолиться”.

Цвѣтомъ выдѣляю показанiя Сѣрова И.А., источникъ см. ниже.

Да ужъ, навезли некоторые барахла со Львова, домосѣдовъ завидки берутъ. Одинъ Вiкторъ Платоновичъ съ пустыми руками. Удивляются: шо вы тамъ робылы, добродiю? Вино пилъ, отвѣчаетъ археологъ и этнографъ.

Вотъ когда начались тёрки у Сѣрова съ Абакумовымъ: 1940 годъ, Западная Украйна и Прибалтика. И пошло-поехало: это был барин, малограмотный пижон, вышедший в “люди” на следственных делах Кобулова, и больше всего — битьём заключённыхАбакумов — это дуб, который ничего умного предложить не могпаникёры Абакумов, Кобулов, Мамулов и др.характерен Кобулов и его приспешники Цанава, Мешик, Абакумов и др. Ни один из них не был на фронте, а всё в тылах или в бегах. А сейчас посмотришь на них и удивляешься. Набираются наглости рассказывать о фронте, об ужасах, о своём героическом поведенииАбакумов, этот авантюристабакумовские или кобуловские штучки. Война кончилась, им делать нечего, вот и хотят отличиться. Ведь привыкли всю жизнь работать на сенсациях или на провокацияхЯ написал письмо в ЦК тов. Сталину о том, что Абакумов малограмотный, с авантюристическими наклонностями человек, и, безусловно, на мой взгляд, он не будет соответствовать наркому госбезопасности. Я не сомневаюсь, что Абакумов узнает о моём письме и будет мстить, но я не боюсь.Кобулов и Абакумов ради карьеры готовы утопить любого честного человека. В Москве от своих ребят узнал, что этот подлый Абакумов решил свести со мной счёты, став министром госбезопасности СССР, арестовал маршала авиации Новикова А.А. и выдавил из него на меня показания, что мы с Жуковым в близких отношениях и оба заговорщики против Сталина. Вот ведь какой мерзавец! Пришлось обратиться за помощью к т. Сталину. Абакумов вокруг меня с топором ходитПробравшийся в органы Государственной безопасности министр Абакумов, этот авантюрист с 3-классным образованием, до этого работавший приказчиком в Москве.

Называется раздѣляй и властвуй. А ещё вотъ какъ: паны дерутся, у холоповъ чубы трещатъ. Припомнилъ Абакумовъ подслѣдственному и отлучку во Львовъ, и успехи на нивѣ украинскаго фольклора.

Чуть не забылъ о берлинскихъ тёркахъ, вотъ и они:


ka2.ruбакумов на днях прислал оперативную группу для организации разведки на территории Западной Германии во главе с Какучая.* Тот пришёл и рассказал, какие ему поставлены задачи и т.д. Просит разместить, питать и т.д.
Ну, Какучая не работник, он, правда, может неплохо выпить, погулять, как и все грузины, а работать от него не жди. Он и сюда привёз грузинских вин, сыров и прочей еды и своих помощников-грузин. В общем, “поработают”.
——————
     * Судя по архивным документам, бывший нарком внутренних дел Грузии генерал-майор Варлам Какучая был направлен в Германию для организации  разведработы в эмигрантской среде в Западном секторе.  В Берлине он задержится надолго. В октябре 1945 г. его назначат  замом Серова,  как уполномоченного НКВД.

Записки из чемодана. Тайные дневники первого председателя КГБ,
найденные через 25 лет после его смерти.
Под ред., с коммент. и прим. Александра Хинштейна. М.: Просвещение. 2017. С. 294.

Должность генералъ-полковника Сѣрова о ту пору называлась уполномоченный НКВД–МВД по группѣ совѣтскихъ оккупацiонныхъ войскъ въ Германiи (ГСОВГ), а онъ подгрёбъ подъ себя генералъ-майора изъ МГБ, порученца генералъ-полковника Абакумова. Варламъ Какучая посланъ для оперативной разработки перемѣщённыхъ лицъ, связанныхъ съ нацiоналистическимъ подпольемъ Западной Украйны и Прибалтики, о чёмъ Сталина извѣщаютъ шифрограммой. И тотъ назначаетъ абакумовскаго посланца замѣстителемъ Сѣрова со всеми, надо полагать, порученiями его смертельнаго врага. Ума не приложу, зачемъ Iосифъ Виссарiоновичъ такъ поступилъ, хе-хе.


Иван Александрович Серов (1905–1990). Руководитель советских спецслужб, первый председатель Комитета государственной безопасности при Совете Министров СССР в 1954–1958 гг., начальник Главного разведывательного управления Генштаба в 1958–1963 годах, генерал армии, Герой Советского Союза.И по прошествiи лѣтъ Иванъ Александровичъ вдругъ узнаётъ, что происками презрѣннаго пижона и авантюриста его ставленникъ прозябаетъ безъ опредѣлённаго мѣста жительства и научнаго званiя. Иванъ Александровичъ Сѣровъ, первый (по порядку нумеровъ) предсѣдатель КГБ, правая рука бывшаго гауляйтера Украйны, нынѣ царя.

Вотъ чего не простилъ бы Георгiй Борисовичъ: оскорбленiя памяти Никиты Сергѣевича. Раззнакомился бы, пожалуй. Беру свои слова обратно, уже и пошутить нельзя. Ещё вопросъ, кто изваялъ Хрущёва болѣе художественно, Э. Неизвѣстный или В. Молотиловъ, см. главу «Никита» изъ «Смычка надъ тучей».

Такъ и быть, замѣняю гауляйтера Украйны ея намѣстникомъ, а царя самодержцемъ. Правая рука самодержца — тоже неплохо. Пока самодержецъ в своёмъ умѣ, не спятилъ. А Никита спятилъ: назначилъ Сѣрова въ ГРУ, а потомъ снялъ. Эге, кумекають люди съ понятiемъ, вона какъ: своихъ сдаёть. И устроили закатъ солнца вручную.

Умеръ Никита Сергѣевичъ подъ домашнимъ арестомъ, но похороненъ всё-таки на Новодевичьемъ, Иванъ же Александровичъ спитъ на сельскомъ погостѣ.

Отставить ропотъ и насмѣшки, Анфиса Абрамовна. Такая могила — предѣлъ мечтанiй русскаго почвенника древлеотеческой складки, знаю не хуже васъ. Мнѣ обидно не за гдѣ, а за какъ: профессора В.П. Петрова упокоили съ воинскими почестями, а воздать его соратнику должное хотя бы изъ рогатки (‘запулить’ и ‘выпалить’ — почти одно) побоялись.

Такъ и не смогъ подобрать точнаго опредѣленiя подчинённости: работодатель подразумеваетъ наймита, крёстный отёц — намёкъ на мафiози, батяня — на фронтовое братство. Ведущiй–ведомый, развѣ что такъ. Это къ тому, если званiе генералъ-майора и было присвоено, то исключительно волевымъ решенiемъ Героя Совѣтскаго Союза, генерала армiи Сѣрова И.А. Полагаю, встрѣча наединѣ состоялась, и не одна. Предлагались должности на выборъ, по личной склонности. Нѣтъ, не хочу. Долго ли коротко, но разомкнули черту осѣдлости безъ предоставленiя жилья и учёной степени. Катись колбаской. Въ Кiевъ? Счастливаго пути.

А теперь, Анфиса Абрамовна, вообразите себя преемникомъ Сѣрова въ КГБ. Предшественникъ пониженъ въ званiи, лишёнъ золотой звезды, исключёнъ изъ партiи — разъ, произвёлъ въ генералы отказника и расстригу — два. Ваши дѣйствiя.

Отобрать корочки у Петрова, поддерживаю. Таки не отобрали. Возможно, мы оба съ вами думаемъ о Лубянкѣ хужѣ, чемъ она есть на самомъ дѣле. А Лаврентiй Берiя? Онъ мнѣ чрезвычайно любопытенъ какъ доказанный соучастникъ моего рожденiя, чуть не повивальная бабка. Отец могъ и не вернуться, уже понюхалъ смертный приговоръ лагерной урлы, см. «Формула Куликова».

Была не была, выношу головной мозгъ и вѣщаю изъ черепа злодѣя.


Итакъ, досье В. Петрова на столѣ чёрнаго кобеля въ пенснэ. Рядомъ Вiкторъ Абакумовъ и Богданъ Кобуловъ. Поодаль — жалкое подобiе человѣка.

Наружный обликъ дѣло десятое, здесь видали виды. Главное — слѣдствiе закончено, составъ преступленiя отсутствуетъ. Вопросъ: куда дѣвать отходы производства.

— Твои соображенiя, Богданъ.

— Въ топку, товарищъ маршалъ Совѣтскаго Союза.

— А что намъ скажетъ товарищъ Абакумовъ?

— Подлѣчить и довѣрить кафедру въ Высшей школѣ НКВД, товарищъ маршалъ. Учёный съ мiровымъ именемъ — разъ, умѣетъ держать ударъ — два.

— Не два горошка на ложку.

— Разрешите исполнять?

— Э, постой. Какой быстрый. Я ничего не решилъ пока. Думаю такъ: спросимъ-ка подследственнаго Петрова о его последнемъ желанiи. Чего бы ты хотелъ, майоръ?

— Послать васъ всехъ, и чтобы ничего мнѣ за это не было.

— Это не отвѣтъ, а отговорка. Всѣ такъ хотятъ. Видишь ли, я сегодня добрый, хочу тебя осчастливить. Развѣ это не счастье — жить и любить? Но могу и въ лагерную пыль превратить, достаточно шевельнуть этимъ вотъ пальцемъ. Чего на руку уставился, Богданъ?

— Непроизвольно, товарищ маршалъ Совѣтскаго Союза!

— Да ведь онъ не рвётся въ нашу кузницу кадровъ, этотъ докторъ наукъ.

— Такъ точно, товарищъ маршалъ. Бредитъ раскопками.

— Ну ты и дуракъ. Это же директоръ института бабушкиныхъ сказокъ, а ты уши развесилъ. Дубина. Ему твои черняховцы — какъ жабѣ зонтикъ. Я правильно запомнилъ: черняховцы?

— Такъ точно, товарищъ маршалъ.

— Майоръ надѣется на увольнѣнiе вчистую по состоянiю здоровья. Видано-перевидано на три Өедина, думано-передумано на тридцать три Өадѣева. Засяду писать, и тѣмъ прокормлю себя и жену.

— Петровъ холостъ, товарищъ маршалъ. Разменялъ шестой десятокъ, поздновато женихаться.

— Только объ этомъ и мечтаетъ въ каждую свободную отъ втиранiя тебѣ очковъ минуту.

— Разрешите обратиться, товарищ маршалъ.

— Валяй.

— Съ чего вы это взяли, про мечты Петрова?

— Не съ чего, а отъ кого. Отъ насѣдки твоего. Вызвалъ и выяснилъ. Онъ прикидывается доходягой, этотъ желѣзный дровосѣкъ: по утрамъ насѣдка наблюдалъ стойкiй упоръ топорища.

— Разрешите допросить, товарищ маршалъ Совѣтскаго Союза?

— Зачѣмъ, предметъ обожанiя намъ извѣстенъ. Решаемъ такъ: уволить майора въ запасъ безъ единовременнаго пособiя, санаторно-курортнаго талона и московской прописки. Черта осѣдлости — Москва и область. Созрѣетъ — вернуть въ строй.

— Да его изъ перваго же отдѣла кадровъ къ намъ пинками прикатятъ. Немецкiй прихвостень, въ газетахъ писали.

— Умный самодѣятельность не разводитъ, всё равно согласовывать, да? Слушай легенду майора Петрова: партизанскiй отрядъ, потомъ работа во Внешторгѣ. Ещё вопросы есть? Исполнять.


Ну я и вдался въ дебри. Послать ихъ всѣхъ и вырулить на Самоквасова? Ведь ничего мнѣ за это не будетъ.

Нетушки, взялся за гужъ — топчись хотя бы и на мѣстѣ, но въ правильномъ направленiи. Самъ знаю, что подлинный Берiя изъяснялся матюгами, а мой рассыпаетъ блёстки упоительныхъ иносказанiй. Знаю, а больше того догадываюсь. И выстраиваю цепочку действiй подлинника на переломѣ 40-хъ и 50-хъ.

Хозяинъ дряхлѣетъ на глазахъ, готовь салазки → надо валить возможнаго преемника во что бы то ни стало, все средства хороши → сковырнули, но хозяинъ можетъ отыграть обратно → въ пожарномъ порядкѣ стряпаемъ провалы Комитета информацiи. Чемъ хужѣ, темъ лучше. Уронъ странѣ, ущербъ державѣ — за всё ответишь, Вячеславъ.

До февраля 1949 года въ рукахъ Молотова вся военная и политическая развѣдка, после — только политическая. Съ мюнхенскаго резидента спрашиваютъ политическiя или военнныя тайны противника? Те и другiе, да побольше свѣжака. О доставкѣ оружiя лѣснымъ подземникамъ — разъ, о каналахъ идеологической подпитки — два. Чемъ вдохновлялъ Остапъ Бендеръ бойцовъ «Союза меча и орала»? Европа намъ поможетъ. И обещалъ Васяткѣ парабеллумъ. Но это Бендеръ, а не Бандера. Бандера такъ: вываливаетъ передъ хлопцами груду шмайсеровъ и вспарываетъ чувалъ съ подрывной литературой.

Повторяю, до февраля профессоръ Петровъ цѣликомъ и полностью въ рукахъ Молотова, далѣе раскладъ мѣняется въ пользу МГБ, 4 марта Молотова снимаютъ, а 18–19 апреля резидентъ покидаетъ Мюнхенъ въ багажникѣ.

Стало быть, связной проходитъ уже не по линiи Молотова. При этомъ Абакумовъ и Ко привыкли всю жизнь работать на сенсациях или на провокациях. Захотять — объявятъ связного предателемъ, не захотятъ — не объявятъ. Какъ Өедю Пинчука, отцова подѣльника.

Никакой опасности перевербовки англичанами не было, ибо крота искать да искать въ напластованiяхъ перемещённыхъ лицъ. Просто подручные Лаврентiя Павловича купились на внешнiй обликъ жертвы: подпишет что угодно после первой оплеухи. Чего только не наклепали на себя Каменевъ, Зиновьевъ и далѣе по списку. А ужъ этотъ Кузьма противъ лома не весьма.


Наверняка Вiкторъ Платоновичъ строиль мостики къ Бандерѣ. Вопросъ, почему не дали выполнить заданiе. И ответь: абакумовские или кобуловские штучки.


Всё, законченъ трудъ. Памятникъ въ истинно римскомъ духѣ: со всеми бородавками. Даю Катону слово не водружать, пусть въ углу постоитъ. Отрясаю мраморный прахъ отъ волосянаго покрова (брови, усы и кое-что по-надъ ушами) мысленно закуриваю (сроду не пробовалъ), наливаю воображаемый стопарикъ (напробовался до пожизненнаго запрета). Внезапно и вдругъ переключаться съ думъ на былое Герценъ не совѣтуетъ. Кто виновать? Георгiй Борисовичъ Өёдоровъ. Что делать? Памятникъ Георгiю Борисовичу Өёдорову.

1917 года рожденiя, ровесникъ Октября. Прошлый годъ сравнялъ столѣтiе. Ну, думаю (опять думы) — устрою тарарамъ. Мечты, мечты, где ваша сладость. Не тарарамъ, а мама утратила даръ походки, я сиделка и всё такое.

Полтора года оттачиванiя навыковъ ухода. Фу, какая двусмыслѣнность уходъ, такъ и слышится увиливанiе. Въ мысляхъ не было, что вы. До того примелькался, что мама перестала узнавать. А ну, какъ меня зовутъ, спросишь бывало. Да я знаю, какъ васъ зовутъ. По имени знаешь? Конечно по имени. Назови. Вы прекрасной души человѣкъ. Какъ бы не такъ, это мой сыновнiй долгъ. Почему сыновнiй. Я же твой сынъ. Нетъ, у меня сыночки Вова и Вася. А я кто? Вы прекрасной души человѣкъ.

Срочно увиливаю отъ мамы, возвращаюсь къ столѣтiю Георгiя Борисовича. Отнюдь не бывала рада его супруга моимъ наѣздамъ и гощенiямъ, воспринимала какъ неизбѣжное зло. И чего съ нимъ возится Жора, изъ христианскаго милосердiя, разве что.

Вотъ о чёмъ никто изъ писавшихъ о Өёдоровѣ словомъ не обмолвился: это быль подлинный христiанинъ, безоглядный исполнитель Нагорной проповѣди. На могильномъ камнѣ въ Ганнесбери правильная надпись: онъ всегда спешилъ дѣлать добро. Вопросъ, почему спешилъ. Ответъ Георгiя Борисовича: я вѣдь это дѣлаю не для нихъ, Володя. Поясню на примѣрѣ: вотъ онъ предаётся воспоминанiямъ о рукѣ братской помощи Литвѣ въ 1940-мъ (первый орденъ Абакумова), а я внимаю. Знаете, говоритъ, я не только цѣлился мимо, а прямо мечталъ, чтобы скорѣе убили.

И тутъ звонокъ въ дверь, посѣтительница. Здравствуйте, очень радъ, присаживайтесь. И продолжаетъ про Литву. Сейчасъ этотъ рассказъ въ свободномъ доступѣ, но это сейчасъ. Слушаемъ, какъ заворожённые. Я и эта женщина, одетая весьма и весьма скромно. Не москвичка, сразу видать.

Считаю долгомъ бѣгло набросать внешнiй обликъ сказителя. Съ непривычки даже пугаетъ. Ладно бы это постоянное дрожанiе головы, а то ведь и зубами иной разъ клацнетъ. Плохое кровоснабженiе головнаго мозга, непроизвольныя подёргиванiя мышц — дополнительная подкачка. Онъ смолоду битый-ломаный, переломъ шейныхъ позвонковъ и контузiя въ 1941-мъ. Обстоятельства перелома знаю, какого рода контузiя — не спрашивалъ.

Держался очень прямо даже сидя, этакъ петушкомъ. Грудь всегда нараспашку, виденъ крестикъ, а то и два. Кто-то подарилъ кипарисовый изъ Иерусалима, онъ и его носилъ. Не прибавляли миловидности огромные слёзные железы въ углахъ глазъ навыкатѣ. Онъ это зналъ и щурился передъ объективомъ. Вдругъ отпустилъ усы — ну вылитый Салтыковъ-Щедринъ.

Я посѣтилъ его передъ отъездомъ въ Англiю, но и тогда, кажется, не былъ сданъ партбилетъ. Онъ своимъ членствомъ въ КПСС не разъ при мнѣ бравировалъ довольно-таки своеобразно. Сталинскiя ударенiя на первый слогъ расставьтѣ сами, фраза такая: мы, большевики, мы, коммунисты, люди особаго склада, особой закалки: хотимъ — объявляемъ терроръ, не хотимъ — не объявляемъ терроръ.

ka2.ruПродолжаю о гостье. Оказалась изъ мѣстныхъ, познакомились въ больницѣ. Очевидно, въ городкѣ рабочихъ мѣстъ не густо, сынъ болтался безъ дѣла. Это я вычленилъ изъ потока благодарностей: Георгiй Борисовичъ обещалъ помочь и помогъ, пристроилъ парня автослесаремъ. И вотъ счастливая мать удаляется, и тут-то онъ мнѣ и говоритъ: я вѣдь это дѣлаю не для нихъ, Володя. И дальше молчокъ, понимай какъ знаешь.

Впрочемъ, была попытка разговора съ моей подачи. О вѣрѣ какъ нравственномъ законѣ. Скрѣпа общества, и всё такое. Отбарабанилъ, а онъ въ ответъ: и не только. И снова молчокъ, понимай какъ знаешь.

Даже не рыцарское отношенiе къ женщинѣ, а снизу вверхъ. Онъ прямо считалъ, что они лучше насъ. Недосягаемый, съ его точки зренiя, образецъ служенiя наукѣ — Екатерина Романовна Дашкова. Или вотъ рассказываетъ очередную бывальщину о раскопкахъ, и въ пряжу повѣствованiя вдругъ вплетается любимая. Любимая разъ, любимая два, любимая три. Кто такая, недоумѣваю. Неужели шашни. Оказывается, всё та же Мая, законная жена. Причёмъ съ нами рядомъ ея сейчасъ нетъ, гремитъ кастрюлями на кухнѣ, подозревать мужнинъ подхалимажъ нѣтъ основанiй.

Всемъ и каждому докладывалъ: столько-то инфарктовъ, изъ нихъ столько-то съ отёкомъ лёгкихъ. Послужной списокъ. И что я слышу однажды. Соскальзываю, говоритъ, какъ со льдины, сопротивляться — никакого желанiя. И тутъ мысль: какъ же Мая безъ меня. Крохотная пенсiя, больше никакихъ доходовъ. И давай выкарабкиваться.

Кажется, расставались мы съ нимъ уже въ последнiй разъ. Целую небритую щёку, а онъ говоритъ: если бы снова жить, съ самого начала, — ничего бы не сталъ мѣнять. Ни-че-го.

На этомъ пока всё. Нѣтъ, вотъ ещё подробность. Нарочно сберёгъ подъ занавесъ. Весна, нараспашку окна, птичiй щебетъ. Такъ, говоритъ, тянетъ на раскопки, Володя. Я же археологъ.

Археологомъ Өёдоровымъ займёмся на следующемъ занятiи. Для вводнаго разогрева — карта съ рѣками Прутъ и Днѣстръ въ области рассѣленiя такъ называемыхъ черняховцевъ. Уже было сказано, что незабвенный другъ мой возглавлялъ Прутско-Днѣстровскую археолого-этнографическую экспедицiю Академiи Наукъ СССР.


Продолжение следует



Передвижная  Выставка современного  изобразительного  искусства  им.  В.В. Каменского
       карта  сайтаka2.ruглавная
   страница
исследованиясвидетельства
          сказанияустав
статистика  посещаемости  AWStats 7.6:
востребованность  каждой  страницы  ka2.ru  (по убывающей);  точная локализация  визита
(страна, город, поставщик интернет-услуг); обновление  каждый  час  в  00 минут.