В.А. Дымшиц, С.В. Чебанов





Биологические идеи Велимира Хлебникова


ka2.ruоворя о месте Велимира Хлебникова в русской культуре первой трети XX столетия, следует иметь в виду и его биологические идеи. Последние нашли выражение в серии биологических статей студенческого периода и в поздних мировоззренческих работах, представляющих интерес и для биологов.
Эта сторона творчества В. Хлебникова явилась предметом рассмотрения в двух статьях В.В. Бабкова, ей же уделено внимание и в книге В.П. Григорьева.1 В указанных работах осуществлена попытка определения места биологических идей В. Хлебникова как в его творчестве, так и в естественнонаучной гуманитарной культуре в целом. Однако эти сопоставления в большой мере основаны на  реконструкции  как истоков представлении В. Хлебникова, так и следствий из его “творений”. При этом развиваемые В.В. Бабковым положения о конгениальности представлений В. Хлебникова о метабиозе и В.И. Вернадского о биосфере представляются дискуссионными. Поэтому авторы считают целесообразным провести собственно биологический анализ статьи В. Хлебникова о метабиозе,2 которая весьма характерна в нескольких отношениях.

Во-первых, видно, что статья принадлежит начинающему исследователю. Это проявляется и в излишнем наукообразии изложения, и в бедности и невыразительности примеров, и в стремлении пользоваться учёной символикой, и в том, что новое понятие вводится как точная аналогия уже известного (симбиоза).

С другой стороны, “алгебраичность” построения, стремление к представлению материала в виде таблиц, матриц отображает как математический стиль мышления автора (проявляющийся и в других его произведениях), так и стиль одного из направлений научной мысли начала века, непосредственно связанного с исследованием симбиоза.3 Эти черты вновь проявляются в массовых попытках применения математики в биологии в 60-х годах. Примечательно то, что математика и в начале века, и в современной молекулярной биологии используется, прежде всего, метафорически.4

Характерен и выбор тематики — взаимоотношение организмов в начале века становится центром интеллектуальных интересов и, в частности, в связи с актуализацией интересов в обществе к социальным проблемам (ср. идущий от Г. Спенсера социал-дарвинизм, учение идеолога анархизма П.А. Кропоткина о взаимопомощи как факторе эволюции и т.п.). Потому неслучайно то, что строится биологическое понятие, которое сразу переносится в социальную сферу и именно в ней интересует автора. Таковы работы гуманитариев, вторгающихся в естественные дисциплины. При этом источником творческой активности является какая-то социально значимая идея, обоснование которой ищется в биологии.

Отражает эта статья и биографические реалии. Так, выбор темы связан с тем, что В. Хлебников учился у К.С. Мережковского5 — специалиста по симбиозу и одного из авторов гипотезы симбиогенного происхождения клетки,6 получившей распространение в последние годы благодаря книге Л. Маргулис.7 Подбор же примеров определяется занятиями отца — орнитолога.8

Таким образом, в этой характерной ученической статье того времени, как это бывает в работах талантливых студентов, налицо некоторый прорыв и вводится новое и достаточно важное понятие — метабиоз, которое двойственно ‘симбиозу’.

Итак, если симбиоз — это отношения между жизнями, протекающими в одно время в соседних, но разных частях пространства, то метабиоз — это жизнь, протекающая в разное время, но на одном и том же участке пространства.9 Такое построение опирается на вполне традиционную трактовку симбиоза, который обычно понимается как тип  экологических, а не пространственных  отношений организмов, соответственно, поскольку Хлебниковым симбиоз трактуется как хорологическая — пространственная — категория, метабиоз строится как темпоральная категория, хотя при анализе конкретных ситуаций и рассматриваются экологические отношения (“выгоды”  из послесуществования жизни). Более того, утверждается, что Деятельность бактерий, изменяющая почву, связывает метабиозом мир низших и высших растений.10 В этом случае сопоставляются хорологические единицы разных масштабов и проблематично то, что и бактерии, и высшие растения существуют в одном и том же пространстве, в то время как несомненно то, что они принадлежат одному и тому же биоценозу и связаны экологически. Такая обобщённость построения допускает разные интерпретации категории метабиоз и разные варианты его сопоставлений с ныне принятыми биологическими понятиями, все из которых, однако, введены позже, чем понятие метабиоз.

Первая — хорологическая — интерпретация рассматриваемого понятия делает его приложимым к двум классам ситуаций. Прежде всего, это организмы и их скопления, фиксированные в пространстве. Онтогенез таких образований и будет выступать как метабиоз. Таковы высшие растения, прикреплённые животные, обрастания подводных предметов, экстрасоматические образования животных (гнёзда, норы, логова и т.д.), колонии бактерий. При этом, однако, обычно имеет место некоторое изменение объёма в ходе онтогенеза при фиксированной локализации. В случае же бактерий речь идёт о популяции, но тесно сближенных особей, а потому этот случай можно связать со вторым классом ситуаций.

Во второй класс ситуаций входят популяции и биоценозы, локализованные на одной и той же территории. В этом случае как одно и то же место мыслится не конкретный локус территории, а территория в целом, в любой точке которой возможно пребывание рассматриваемого организма.

В хорологической трактовке метабиоз может быть сопоставлен со следующими биологическими понятиями. Во-первых, как метабиоз выступает онтогенез прикреплённых организмов. При этом в ходе онтогенеза происходит резкое изменение организации особей, что и дало основание Аристотелю говорить о последовательном вселении в зародыш разных душ. Таким образом, в этом случае метапсихоз выступает как частный случай метабиоза.

Во-вторых, метабиозу соответствуют сукцессии биоценозов на фиксированной территории. В этом случае понятие метабиоз предвосхищает учение о сукцессиях, созданное американским фитоцинологом Ф. Клементсом на основе начатых им в 1916 году исследований развития лесов. При этом предложенный Ф. Клементсом метод пробных площадок практически реализует подход В. Хлебникова к изучению метабиоза. Метабиоз может касаться и смены “населения” одной экологической ниши данного биоценоза. Как метабиоз выступает и замещение одной популяции другой, как относящейся, так и не относящейся к тому же виду. Частным вариантом первого случая будет смена поколений. Этот пример обсуждается и В. Хлебниковым, и именно смена поколений как явление культурной истории составляет предмет его устойчивого интереса впоследствии, хотя он и не использует при этом термин метабиоз. Этот пример подтверждает тезис о том, что В. Хлебников обращается к биологии для того, чтобы почерпнуть в ней обоснование социо-культурных интуиций.

В приводимой трактовке метабиозу соответствует много разнообразных и распространённых ситуаций. Однако их выделение ведётся на основании критериев, не являющихся фундаментальными для эколога, а поэтому и метабиотическим связям не придается значения.

Экологическая (биоценологическая) интерпретация метабиоза резко расширяет круг метабиотических отношений. Принимая во внимание приведённый В. Хлебниковым пример отношения бактерий и высших растений, появляются основания соотносить метабиоз с любыми связями в трофической пирамиде. В этом случае понятие метабиоз предвосхищает фундаментальную категорию биологии.

Однако при такой трактовке оказывается значимым не замещение одних организмов другими, а факт преобразования живого вещества в данном локусе, причём допускаются перемещения этого вещества в пространстве. Таким образом, вскрывается ещё один аспект недоопределённости обсуждаемого понятия — для метабиоза существенно именно место, или то, что в этом месте одномоментно пребывает только одна особь? В последнем случае принципиальна преемственность особей, которая имеет место и тогда, когда особь перемещается в пространстве и оставляет потомков в разных местах, что имеет место и в случае культурных поколений. Другим примером будет разложение трупа разными организмами при его перемещении по катене. Такую трактовку метабиоза можно обозначить как генетическую (производную от понятия ‘генезис’ — схемы исторической преемственности), и тогда можно говорить о том, что понятие метабиоза предвосхищает представление о токогенетических линиях, связывающих разные семафоронты как временные состояния индивидов.11

Таким образом, допустимы три трактовки понятия метабиоз:


metabios

Следующий этап разработки понятия — типология метабиотических отношений. Начало этому положено самим В. Хлебниковым.

1. Метабиоз может иметь позитивное или негативное значение для последующих жизней. Примерами первого является почвообразование, накопление запаса для потомства, передача опыта и т.д. Отрицательные связи формируются в результате исчерпания плодородия почвы, лизиса микробных культур, вследствие накопления продуктов обмена, распространения инфекций и т.д.

2. Метабиоз может охватывать  экстрасоматические образования  или  сами организмы.  Примерами первого является использование построек, раковин, убежищ одних организмов другими. Эти ситуации и рассматриваются в первую очередь самим В. Хлебниковым. Второму варианту соответствует онтогенез прикреплённых форм или разложение трупа микроорганизмами.

3. Метабиоз может относиться  к отдельным индивидам  или  к их популяциям и биоценозам. Последнему случаю соответствуют сукцессионные ряды.

4. Метабиоз связан с разными типами причины. Сам Хлебников рассматривает только один тип причинности, которому соответствует одномерное, однонаправленное время (см. Бабков, 1987). Такую ситуацию можно сопоставить с материальными причинами. Это обстоятельство, наряду со способом разворачивания всего построения, использованием квазиалгебраической символики, матриц и с учётом ситуации в русском естествознании начала века, позволяет говорить о тяготении В. Хлебникова этого периода к механистическому мировоззрению, что согласуется и с характерной для социал-дарвинизма лёгкостью перенесения биологических идей в социальную сферу.

Вместе с тем можно рассмотреть и другие типы причинности, например, конечные причины, когда в качестве метабиоза рассматривается онтогенез прикреплённых организмов (учитывая эквифинальность онтогенеза и отдельных его этапов). В этом случае можно говорить об обратной направленности времени, когда конечное состояние детерминирует предшествующее, и, соответственно, о двух типах метабиоза. На популяционном уровне конечные причины можно проиллюстрировать примером с окунем — популяция молоди в этом случае служит пищей для популяции родителей. Генетические отношения в таких случаях восстанавливаются при анализе онтогенетического цикла. Но при циклических отношениях применение категории однонаправленного времени оказывается условным. Жёсткость трактовки В. Хлебниковым причинности и времени в рассматриваемой статье существует в контрастных отношениях с многообразными трактовками времени в поздних культурно-эстетических работах. Это, видимо, отражает то, что главным для В. Хлебникова является мир человека, при разговоре о котором автор чувствует себя свободнее.

Последний вопрос вводит проблему времени как самостоятельный сюжет, интересующий В. Хлебникова. Но его рассмотрение выходит за пределы круга тем, связанных с анализируемой работой. Следует, однако, заметить, что в этих работах проблема времени рассматривается существенно шире, часто как проблема смены поколений. Именно поэтому отождествлять явление метабиоза и проблему времени12 представляется неосновательным — требуется обсуждение того, что имеется в виду — причинность, время или деление. Более плодотворным представляется путь, на котором метабиоз трактуется как хорологическая или генетическая категория, и на её основе вводить представление о биологических часах, которые “показывают” биологическое время. При этом возникает вся проблематика, связанная с соотношением пространства и времени. Так, например, если речь идёт о финке плоских червей, то в этом случае её положение в теле позвоночного фиксировано, и казалось бы, можно говорить об онтогенезе червя как метабиозе. Однако позвоночные перемещаются в пространстве, и если локализацию рассматривать в ньютоновском пространстве, то метабиоза здесь нет. Трактуя же метабиоз экологически, можно говорить о том, что в данном случае он явно присутствует, и тогда приходится обсуждать относительное движение пространства жизни данного гельминта и пространство жизни биоценоза, в котором существует позвоночный хозяин (ср. выше вопрос соотношений пространства почвенных бактерий и высших растений). При этом обнаруживается сродство метабиоза с представлениями Я. фон Икскюлля об умвельте как особом мире, в котором живёт организм.13

С учётом сказанного можно утверждать, что рассмотренная неоднозначность интерпретации понятия метабиоз определяется тем, что В. Хлебников описывает деятельность живого организма в физическом пространстве-времени.14 Введение же представления о биологическом пространстве-времени (осуществляемое, например, в русле развития представлений об умвельте) снимает обсуждаемую многозначность. В этом случае геометрия пространства-времени определяется структурой экологических отношений, и таким образом экологические отношения отождествляются с хорологическими. Бессодержательной становится и идея рассмотрения места, локуса как такового, безотносительно к особям, которые его занимают. При этом отпадает необходимость и в посылке о дискретности особей, которая сама по себе не бесспорна и может преодолеваться на пути введения представления об организме как волне.15 Таким образом, сливаются три допустимые интерпретации хлебниковского текста, и он становится однозначным. Однако сам текст статьи не даёт для этого основания. Последующее же развитие этих идей самим автором осуществляется на социо-культурном материале, и здесь, таким образом, может идти речь об особом типе редукции — не к физическому, а к социальному. При этом, однако, остается возможным тройное отождествление (ср. рассуждения В. Хлебникова о смене поколений).

На основании вышесказанного можно утверждать, что экологическая, а тем более хорологическая и генетическая, интерпретации метабиоза лишь косвенно связаны с учением В.И. Вернадского о биосфере. Развитие же этих идей в поздних гуманитарных работах В. Хлебникова действительно даёт основание для некоторого сближения духа “творений” двух авторов.

Итак, введённое В. Хлебниковым представление о метабиозе отражает определённые биологические реалии, которые частично отображаются в ряде более поздних биологических понятий. Это ещё одно подтверждение репутации В. Хлебникова как провидца и предсказателя. Но говоря об этом, нужно отдавать себе отчёт в том, что в обсуждаемой статье он остается сыном своей эпохи и в чём-то очень традиционен и даже консервативен. Даже в более поздних работах он определяет жизнь как частное числа дел и количества времени,16 оставляя тем самым представление о многомерности времени или дифференцировании времени по событиям.17 Кроме того, эти идеи Хлебникова, интересные и ценные сами по себе, как многие идеи, порождаемые в том, что можно было бы назвать параллельной наукой, остаются известными узкому кругу лиц и не оказывают влияния на генеральное направление развития биологии.18 Но неосновательна и идея о бесплодности таких параллельных движений. Значение же их, однако, можно выявить лишь путём нахождения места таких работ в культурных процессах, являющихся объемлющими по отношению как к основному, так и к параллельному движению. Применительно к данному вопросу таким будет изучение специфики пространственно-временной организации разных разрядов существ. Рассматривая этот вопрос более широко, следует отметить, что ныне принципиальным для биологии является введение в неё представления о знаковой природе фундаментальных биологических процессов.19 При этом для биологов оказывается важным непроизвольность и мотивированность семиотических средств живого, возможность множественности их интерпретаций, роль материала плана выражения. Но именно эти вопросы являются центрами кристаллизации, на которых осуществляется нынешнее возрождение герменевтики20 и становление биогерменевтики как нового раздела биологии.21 Примечательно при этом го, что работы В. Хлебникова предвосхитили возрождение именно этого направления герменевтизации лингвистики (фоно– и видеосемантика алфавита, значение плана выражения, общие тенденции развития языка и т.д.).22

Таким образом, именно биогерменевтика является той сферой, в которой биологические идеи В. Хлебникова находят подобающее место в общепризнанной науке. Среди ближайших к ним направлений — метаблетика (рассмотрение общекультурных оснований профессиональной деятельности23) и биоистория (исследование общекультурных предпосылок биологической деятельности24).




         Примечания

1  Бабков В.В.  Между наукой и поэзией: Метабиоз Велемира Хлебникова // Вопросы истории, естествознания и техники, 1987, №2 (далее — Бабков, 1987);
электронная версия указанной работы на www.ka2.ru

Его же. Симбиоз, метабиоз и учение о биосфере // Онтогенез, эволюция, биосфера. М., 1989 (далее — Бабков, 1989);  Григорьев В.П.  Грамматика идиостиля. В. Хлебников. М., 1983 (далее — Григорьев, 1983).
электронная версия указанной работы на www.ka2.ru

2  Впервые опубликована:  Хлебников В.В.  Опыт построения одного естественно-научного понятия // Вестник студенч. жизни. Спб., 1910, № 1, воспроизведено:  Хлебников В.  Творения. М., 1986, (далее — Хлебников, 1986); а также: Бабков, 1987, 1989. О текстологических проблемах см.: Бабков, 1987, 1989, Григорьев, 1983, Хлебников, 1986.
3  См. напр., подобную работу с символикой:  Еленкин А.А.  Симбиоз как идея подвижного равновесия сожительствующих организмов // Изв. Петерб. бот. сада, 1906, Вып. 6, №1;  Его же. Орто– и плагиотропный рост с биомеханической точки зрения у лишайников и некоторых других низших споровых // Бот. журн. Петерб. общ. естествоисп. 1907, №2;  Его же. Закон подвижного равновесия в сожительствах и сообществах растений // Изв. Гл. Бот. сада РСФСР. 1921, т. 29, №2;  Его же. О символическом выражении угла при подвижном равновесии двух симбионтов // Итоги 25-летней деятельности инст. спор. раст. Гл. Бот. сада Пг., 1923;  Его же. О некоторых теоретических следствиях комбинативного принципа в системе лишайников // Изв. Гл. Бот. сада СССР, 1929, т. 28, №5–6, т.е. наша оценка работы с символикой расходится с таковой в работе: Бабков, 1987.
4  Об этом см. напр.:  Налимов В. В.  О возможности метафорического использования математических представлений в психологии // Психол. журн. 1981, т.2, №3;  Гусев С.С.  Метафора в науке. Л., 1984.
5  Об этом сообщиk авторам В.П. Григорьев, за что они приносят ему искреннюю благодарность. Исследователь творчества К.С. Мережковского Н.Л. Хахина не располагает подтверждающими это данными, но, на основе её материалов, такой контакт был возможен в Казанском университете в 1903–1908 гг., когда К.С. Мережковский работал, а В. Хлебников учился там.
6  См.напр.:  Мережковский К.  Теория двух плазм как основа симбиогенеза, нового учения о происхождении организмов. Казань. 1909.
7  Margulis I.  Symbiosis in Cell Evolution. San Francisco: W.H. Freman, 1981.
8  См. напр.: Бабков, 1987, 1989.
9  См. примечание 2.
10  Там же.
11  Hennig W . Grundzuge einer der philogenetischen systematic. Berlin, 1950.
12  Бабков, 1989.
13  Uexkæll J.  Umwelt und Jnnenwelt der Tiere, 1909. Ср. сопоставление метабиоза и хронотопа Л.А. Ухтомского (Бабков, 1987).
14  Хотя время при этом не ньютоновское (Бабков, 1987).
15  Чебанов С.В.  Умвельт и аналог корпускулярно-волнового дуализма в биологии // Organismi teooria. Puhtu. 1977 (рукопись).
16  Цит. по Бабков, 1989.
17  Налимов В.В.  Непрерывность против дискретности в языке и мышлении. Тбилиси. 1978.
18  В этом принципиальное отличие позиции, представленной в работе В.В. Бабкова (1987), от нашей позиции, которой созвучна идея о значении наработки представлений впрок (Григорьев, 1983).
19  Ср. напр.:  Морозов Л.  Самопознание симпозиума //Знание — сила, 1978, №10;  Шаров А.А.  Зимняя школа но биосемиотике // Журн. общ. биолог. 1990, №2;  Ратнер В.Л.  Молекулярно-генетические системы управления. Новосибирск. 1975;  Chebanov S.V.  Theoretical Biology in Biocentrism // Lectures in Theoretical Biology. Tallinn. 1988 и мн.др.
20  Чебанов С.В., Мартыненко Г.Я.  Идеи герменевтики в прикладной лингвистике // Квантитативная лингвистика и автоматический анализ текстов. Тарту. 1990.
21  Chebanov S.V.  Biology and Human Culture: Problem of interpretation in Biohermeneutics and Hermeneutics of Biology // Lectures in Theoretical Biology. — Vol. 2. Tartu–Cambrige (in press).
22  См. примечание 20.
23  См. напр.:  Jacobs M.  Revolutions in Plant Descriptions // Miscellous paper, 1980, №19.
24  Verdoorn F.  On the Aim and Methods of Biological History and Biography with some Notes for the Collaborators of Index Botanicorum // Chronica Botanicum, 1944, vol. 8, №4;  Его же. From Botanical Biography towards animal Ecology // Acta Bot. Netherlands. 1966, vol. 15, №l.

Воспроизведено по:
Хлебниковские чтения. Материалы конференции 27–29 ноября 1990 г. СПб., 1991. С. 91–100.



Персональная страница В.В. Бабкова на Хлебникова поле
       карта  сайтаka2.ruглавная
   страница
исследованиясвидетельства
          сказанияустав
статистика  посещаемости  AWStats 7.6:
востребованность  каждой  страницы  ka2.ru  (по убывающей);  точная локализация  визита
(страна, город, поставщик интернет-услуг); обновление  каждый  час  в  00 минут.