Майя и маис

Все знают, что у Велимира Хлебникова было прозвище Пума, которое дала ему в 1914 году Н.В. Николаева. А.Н. Андриевский подтверждает соответствие клички опорно-двигательным особенностям Велимира:

‹...› за его удивительную способность ходить совершенно бесшумно.
Это получалось у него совсем непроизвольно, без всякого умысла.

Прозвище — первая догадка современников о сопряжении загадочного Велимира и загадочного Нового Света. Бесшумная походка? сибирская кошка гуляет сама по себе ещё тише. А кто из них кровожаднее, это надо у пернатых спросить. С точки зрения пеночек, Пума (Хлебников) — милейшее существо. Да и на человека американский лев не нападает. А вот пума с индейской поминальной плошки — настоящий кугуар, а не Пума (Хлебников).

Прозвища выдающихся людей — Эльдорадо исследователя, взялся бы кто. Почему-то Вяч.Вс. Ивáнова в детстве прозвали Кóма. Кома Иванов. Страшно как. А вот Камó — не страшно, а здóрово.

Раскидистое исследование «Младшее божество американских воинов» увязывает подсознание Хлебникова (средоточие покушений проф. В.Я. Анфимова, см. «Хлебников в 1919 году») и животный мир Западного полушария. Покамест полушария Земли, а не головного мозга.

Раскидистое исследование: никто не забыт, даже ископаемый заяц.

Покамест заяц как таковой, без перевода стрелок на заячьи душонки.

С травоядными определились, самое время поговорить о кормах. Растение умирает, а потом воскресает. Можно поверить в своё бессмертие, выйдя на проталинку весной. Но сначала нужно осознать себя травой. Догадаться, что ты — растительность.

Забегая вперёд: мудрецы древних майя догадались. Ещё дальше забегая вперёд: они согласились бы с мудрецами славян: кровь людская не водица.

Первым о таинственной связи Велимира Хлебникова и американских индейцев заговорил П.В. Митурич:

Положили гроб в яму, и, закурив “трубку мира”, я рассказал мужикам про друга Велимира, Гайавату, который заботился о всех людях полсвета, а Велимир о всем свете,
в этом разница.

Согласно Митуричу, Хлебникова и Гайавату объединяет “забота о дальних”, опёка рода человеческого.

Сначала о “трубке мира”, своеобразной тризне по Велимиру (Пётр Васильевич не впервые и не в последний раз творил архаико-новаторский обряд. “Пасху четырёх вер” в виде пирамиды из творога, на каждой стороне которой эмблема веры: христианской — крест, буддийской — след Будды, ислама — серп месяца и будетлянской — ветви двоек и троек, — одобрил сам Учитель, а застолья в дни зимнего солнцестояния взамен противоестественного праздника-декабразника, т.н. Нового Года, ещё предстояли).

По Лонгфелло, Трубку мира придумал Великий Дух Владыка Жизни. Дым изготовленной из подручного утёса Трубки увидели прорицатели всех индейских племён. Они истолковали это как призыв Верховного Божества, и сообщили вождям. Вожди покрыли боевой раскраской тела и явились к месту общего сбора. Там они слышат укоризны и наставления Владыки Жизни:

Я устал от ваших распрей, / Я устал от ваших споров, / От борьбы кровопролитной, / От молитв о кровной мести. / Ваша сила — лишь в согласье, / А бессилие — в разладе. / Примиритеся, о дети! / Будьте братьями друг другу! // И придёт Пророк на землю / И укажет путь к спасенью; / Он наставником вам будет, / Будет жить, трудиться с вами. / Всем его советам мудрым / Вы должны внимать покорно — / И умножатся все роды, / И настанут годы счастья. / Если ж будете вы глухи, — / Вы погибнете в раздорах! // Погрузитесь в эту реку, / Смойте краски боевые, / Смойте с пальцев пятна крови; / Закопайте в землю луки, / Трубки сделайте из камня, / Тростников для них нарвите, / Ярко перьями украсьте, / Закурите Трубку Мира / И живите впредь как братья!

Вожди смывают боевую раскраску, закапывают в землю луки, палицы и топорики, а затем в молчании изготовляют каждый себе по трубке. Не раскурив ни одной, они расходятся по домам. Т.к. войны продолжаются, мы делаем вывод о дальновидности Владыки Жизни: он ничуть не обольщался природой людской, и все надежды возлагает на личный пример Пророка, мудрого Гайаваты.

Обряд курения во всех подробностях первыми из европейцев наблюдали Эрнан Кортес и его сподвижники. Как известно, властелин ацтеков Мотекусома II оказался в полном распоряжении теуле, что в переводе с науа — божества. Божество Берналь Диас дель Кастильо вспоминает:

На стол также ставили три трубки, ярко разукрашенные и золоченые, в них помещали жидкую амбру, смешанную с некоей травой, которую индейцы называют табаком. Когда Моктесума заканчивал трапезу, прекращались пение и танцы и убирались скатерти; он имел обыкновение вдыхать дым из одной из этих трубок. Он занимался этим очень недолго, а потом засыпал.
Берналь Диас дель Кастильо. Правдивая история завоевания Новой Испании.
http://www.vostlit.info/Texts/rus8/Dias/frametext6.htm

Оказывается, смысл обряда курения ацтеками был извращён. В промежутках между затяжками Мотекусома отправлял своих бойцов на стяжание воинской славы. Вот и поплатился: с Владыкой Жизни не шутят.

Гайавата, будущий изобретатель письменности, врачевания и погребального обряда (азартная игра в кости, т.е. искусство счёта, налицо до Гайаваты), начинает свои подвиги со строгого поста. Именно тогда он впервые озаботился благом индейской ойкумены, что и подвигло скупого на похвалу Митурича к лестному (для Гайаваты) “сопряжению далековатых имён”:

Вы услышите сказанье, / Как в лесной глуши постился / И молился Гайавата: / Не о ловкости в охоте, / Не о славе и победах, / Но о счастии, о благе / Всех племён и всех народов.
[здесь и ниже выделено мной. — В.М.]

Итогом семидневного поста Гайаваты стало изобретение земледелия. В сени сосен и елей он выращивает початки маиса, “новый дар Владыки Жизни”. Дикий рис при этом остаётся предметом собирательства женщин. Он не пропалывается, его не охраняют от птиц. Лонгфелло заодно с Туром Хейердалом в решительном отрицании Юго-Азиатских заимствований любого рода, однако его Гайавата почему-то забрасывает маисовую делянку. Возможно, в Северной Америке опять наступило похолодание, и Ледник пополз на юг.

Чингачгук, Оцеола и Винету остались охотниками, т.е. застыли в величии своём на низшей, как считается, ступени развития. К Земледелию нужно пробиваться через Скотоводство, теряя по пути лунный календарь. Правила введения високосов (от латинского bis sextum, ‘дважды шестой’) совершенно не нужны ни пастухам, ни — тем более — охотникам.

Строгости подобного рода понадобились майя, когда они обожествили кукурузу, т.е. себя.

Маис и майя соблазнительно сопрягать через календарь. Ещё бы! Мыслящее кукурузное тесто боялось раскиснуть с наступлением очередного Великого Потопа. Считается, что майя знали его точную дату и приняли меры ко спасению. Раз Потопы уже бывали, они повторятся.

Простая мысль, казалось бы. Это далеко не так. Ужасы вытесняются человечеством в “коллективное бессознательное”, и Карл Юнг одобрил бы избыточную (?) предусмотрительность майя: „Незнание не укрепляет безопасности, оно, напротив, увеличивает опасность — так что уж лучше знать, несмотря на все страхи, о том, что нам угрожает”.

Опять мы забежали вперёд с этим кукурузным тестом. Итак, всё по порядку.

Ветхозаветный мир и Адам созданы почти одновременно, с разницей в дни.

Боги-творцы майя гораздо менее искусны: современный человек создан ими с третьей попытки.

Из земли, из глины они сделали (человеческую) плоть. Но они увидели, что это получилось неудачно. Она расплывалась, она была мягкой, без движения, не имела силы; она падала вниз, она была слабой; голова ее совершенно не могла двигаться, лицо ее было скошено на одну сторону; зрение ее было полностью затуманено, и она не могла видеть сзади. Хотя она и могла говорить, разума у нее не было. Она быстро намокла в воде и не могла стоять.

‹...› были созданы фигуры из дерева. Они имели лица подобно людям, говорили подобно людям и населили поверхность земли. Они существовали и умножались; они имели дочерей, они имели сыновей, эти деревянные фигуры, но они не имели ни души, ни разума, они не помнили свою Создательницу и своего Творца; они бесцельно блуждали на четвереньках.

Раздосадованные очередной неудачей, боги уничтожают людей №2:

‹...› Это (было сделано), чтобы наказать их, потому что их мысли не достигали до лица их матери, до лица их отца, Сердца небес, что зовется Хураканом. И по этой причине лик земли потемнел, и начал падать черный дождь; ливень днем и ливень ночью

Обратите внимание: люди №2 уничтожены за беспамятство и недальновидность, т.е. за отсутствие предусмотрительности, матери науки о времени.

‹...› собрались, сошлись вместе и совещались в темноте и в ночи, ‹...› они искали и открыли, что должно войти в плоть человека ‹...› И тогда, размолов початки желтой кукурузы и початки белой кукурузы, Шмукане изготовила девять напитков, и из этой пищи пришла сила и плоть, и из кукурузы были созданы мускулы и сила человека. Вот что сделали Великая мать и Великий отец, Тепеу и Кукумац, как именовались они. После этого они начали беседовать о сотворении и создании нашей первой матери и отца; только из желтой кукурузы и из белой кукурузы они создали их плоть; из кукурузного теста они создали руки и ноги человека. Только тесто из кукурузной муки пошло на плоть наших первых отцов, четырех людей, которые были созданы.
[Пополь-Вух. Пер. Р.В. Кинжалова]

Связки Охота → Скотоводство → Земледелие (сотворенный из глины Адам после грехопадения должен в поте лица своего добывать хлеб насущный, т.е. немедленно заняться земледелием) не получается.

И не должно получиться. Потому что к индейцам пришли белые боги и сразу всему научили.

Охоту и Скотоводство они отменили, повсеместно учреждая Земледелие.

“Бородатые боги до Колумба” — так назвал их Тур Хейердал.

Предания чибча объясняют их культурные достижения наставлениями чужеземца, которого они именуют Бочика или Цуэ. Этот пришелец был белый, с бородой до пояса, одетый в длинный халат. Он научил диких чибча строить, сеять, жить в селениях, подчиняясь организованному правлению и законам. Он правил сам много лет, потом удалился, назначив преемника, коему повелел управлять справедливо. Еще одно имя Бочики — Суа, как здесь называют солнце, и, когда появились испанцы, их приняли за его посланцев и называли суа или гачуа, что также означает солнце. По преданию, Бочика, он же Суа, прибыл с востока. К востоку от земель чибча, в Венесуэле и соседних областях, мы снова встречаем воспоминания о странствующем культурном герое. Его именуют по-разному, где Цума, где Суме, и всюду он научил народ земледелию и прочим благим вещам. В одном предании говорится, что он собирал людей вокруг высокой скалы, а сам с ее вершины читал свои наставления и законы. Прожив какой-то срок с народом, он уходит. В одних местах предание сообщает, что он ушел по своей воле, в других его изгоняют строптивые слушатели, которым надоели наставления [участь Зангези-Хлебникова. — В.М.].
‹...› Человек, направившийся с Юкатана на запад, неизбежно должен был очутиться в области цендалей, в лесах Табаско и Чиапаса в Мексике. Цендальская легенда, посвященная культурному герою Вотану, пришедшему со стороны Юкатана, была записана со слов представителя этого племени на его родном языке. Ссылаясь на эту рукопись, Бринтон сообщает: „Трудно назвать другой героический миф, который дал бы повод для таких фантастических догадок, как миф о Вотане ‹...› В некие давние времена Вотан пришел откуда-то с востока. Он был послан всевышним, чтобы разделить между разными народами землю, на которой они обитали, и даровать каждому народу свой язык. Землю, откуда он явился, называли просто уалум уотан — страна Вотана. Его проповедь была обращена прежде всего к цендалям. До его прихода они были невежественными варварами, не знавшими постоянной обители. Он собрал их в селения, научил возделывать маис и хлопчатник, изобрел иероглифические знаки, которые они стали вырезать на стенах своих храмов. Говорят также, что он написал этими знаками свою собственную историю. Он ввел гражданские законы, которыми они руководствовались, научил их надлежащим религиозным ритуалам ‹...› Именно ему они приписывали создание их календаря”.

Тур Хейердал предполагает, что богами Нового Света могли быть мореплаватели из Малой Азии. Возможно, это хатти, чей язык близок протоабхазо-адыгскому. Бог-творец майя Тепеу вполне мог бы прослыть двойником Телепинуса хатти, известного на Кавказе и поныне как Тлепш, если бы не назывался Созидательницей... Зато теуле — что с науа, что с греческого theos. Это подметили ещё в XVI веке. Франсиско Лопес де Гомара, «История завоевания Мешико»:

Храм называли они — teucalli [теокалли], что означает дом Бога, это составлено из teutl, что означает Бог, и саlli, что означает дом, слово это больше подходит Богу истинному.

Шлиман раз и навсегда отучил нас посмеиваться над преданиями древних. Боги запретили охоту? Учредили Элизиум, где человек надрывается на маисовой делянке, а её затаптывают непуганые олени, и следом полчища наглых индюков истребляют урожай?

Зачем гадать на кофейной гуще: вот же они, свидетельства очевидцев. Диего де Ланда, «Сообщение о делах в Юкатане»:

Эта провинция [Юкатан — В.М.] на языке индейцев называется у луумил куц йетел к.ех, что означает ‘страна индюков и оленей’.

Берналь Диас дель Кастильо, «Правдивая история завоевания Новой Испании»:

‹...› охота здесь была чудесная на оленей и кроликов, и с одной лишь гончей собакой мы в один день заполевали 10 оленей и множество кроликов. Собаке нашей так тут понравилось, что она сбежала, и лишь впоследствии, когда мы были здесь с Кортесом, мы вновь завладели ею: стала она вся круглая, так и лоснилась от жира.

А я верю, что бородатые боги запретили охоту. На сильные болезни нужны сильные лекарства. Кочевье за дичью слишком затянулось — и во времени, и в пространстве. Впереди тупик Панамского перешейка. У вас нет будущего. Оставьте индюков, кроликов и оленей кугуару, ягуару и оцелоту. Питайтесь плотию Бога, добываемой в поте лица своего. И станете сами как боги. И тайны Вселенной откроются вам.

Величие свершений древних майя озадачивает тружеников науки о питании человека. При этом в своих расчётах гиперкалорий, потребных для возведения каменных сооружений этого народа, белок животного происхождения они исключают совершенно. Потому что строителям надо было съесть всё и вся в Гондурасе и Гватемале, дождевых червей включительно. Маис, и только маис. Конечно, с приправами. О них поговорим в другой раз.

Свойственные земледельческим народам потребности предопределяют, что в ходе своего культурного развития они вынуждены изобрести или заимствовать календарную систему. Исходя из периодичности земледельческих циклов и желая точно знать время, когда следует сеять, чтобы воспользоваться сезоном дождей, люди с давних времен вели наблюдения за небесными светилами. Майя, когда закладывали начала собственной культуры, четко отличавшейся от остальных мезоамериканских культур, унаследовали календарные знания, приобретенные другими народами за несколько веков до этого, и дополнили их новыми идеями и изобретениями, разработав таким образом весьма сложную календарную систему ‹...› календарь из 365 дней, или хааб, — астрономического характера. Он связан с земледельческими работами, то есть он изобретен оседлыми земледельческими народами. Наблюдение за восходом Солнца на горизонте, за смещением точки восхода с севера на юг, а затем обратно, за летним и зимним солнцестоянием позволило уточнить длительность солнечного цикла. Исходя из 365 дней, протекающих между двумя последовательными повторениями одного и того же крайнего положения точки восхода Солнца, древние мезо-американцы изобрели гораздо более логичное деление этого промежутка времени, чем наше: 18 месяцев по 20 дней и еще 5 “лишних” дней, считавшихся неблагоприятными, вместо наших месяцев из 30 и 31 дня, которые должны чередоваться, но не делают этого два раза в год, и одного странного месяца из 28 дней, который каждые четыре года имеет 29 дней.
Майя знали, что длительность солнечного цикла была больше 365 дней, но не уточняли свой календарь посредством добавления одного дня каждые четыре года. В момент регистрации даты в какой-либо надписи они объясняли, что к этой дате нужно добавить определенное количество лет, месяцев и дней, чтобы компенсировать ежегодное накопление доли дня, не учтенное с даты, когда был изобретен календарь, до этого момента (“вторичная серия”). Согласно подсчетам специалистов, коррекция календаря, сделанная майя, была на одну десятитысячную долю дня в год точнее, чем коррекция нашего календаря с добавлением високосного месяца.

Всё равно непонятно, зачем сеятелям кукурузы особо точный солнечный календарь с учётом високосов. Н.С. Хрущёв продвинул „царицу полей” аж до самого Заполярья. И ничего, растёт. Початки только маленькие.

Раз такой вопрос возник, мы вынуждены напомнить: майя начали возделывать маис в такой местности и с такими приёмами возделывания, что весенний день год кормил. Я назову этот день, не подглядывая в книжку. С раннего детства запомнил. 12 апреля. Потому что это День Первого Полёта Человека в Космос.

Только майя не сеяли в этот именно — именно этот, ни днём позже! — День, а поджигали. По команде из ЦУПа, Центра Управления Поджиганием. „Ключ на зажигание!” — раздавалось из ЦУПа, — „Поехали!” — доносилось со всех уголков необъятной сельвы со стартовых площадок-мильп.

Все знают, что у майя не было тягловых домашних животный, следовательно, и колеса. Все знают, что майя жили в каменном веке, т.е. все орудия труда у них были из камня. Все знают, что занимались они преимущественно подсечно-огневым земледелием.

1. Плодородная целина в Мезоамерике это не залежные степи, а тропический лес. Чем он гуще, тем богаче почва.

2. У вас в руках каменный топор. Зачем валить дерево, когда лучше ободрать ствол, ошкурить кольцом, да и пускай себе сохнет на ветерке до времени? Землю майя не пахали. Поэтому пней не корчевали. Главное — сжечь дотла, убрать преграды солнечному свету. А с поливом бог Чаак пособит.

к концу января и в феврале бывает короткое лето с палящим солнцем; дождь не идет в это время, кроме как в новолуние. Дожди начинаются с апреля и продолжаются до конца сентября; в это время жители делают все свои посевы, которые созревают, несмотря на постоянные дожди; они сеют в день св. Франсиска особый сорт кукурузы, который вскоре собирают.

Вот и получается, что астрономы из майанского ЦУПа не даром кукурузный хлеб ели. 11 апреля еще рано поджигать сухостой на мильпе, 13 — поздно: проливные дожди на полгода.

Велимир Хлебников — и парни из майанских ЦУПов (в каждом городе — свой). Поговорим о цене ошибки.

Как известно, Велимир предполагал войну в 1927 году. Вера Хлебникова пишет родным в Астрахань:

В Москве о войне совсем не говорят. В газетах тоже определенного ничего не пишут, пишут о Китае и Англии. Но тем не менее, надо запастись продуктами. Мы купили большой фосфорный ящик и запасли фонд — запасал Петя. Ждет войну, главное — по Витиным вычислениям, который предсказывает победу Азии, Азийские Штаты, Мировые советы и падение Европы, кроме России. Но допускает, что все будет улажено более мирно.

Всё тогда уладилось мирно. И нищенский свой запасец Митуричи мигом пустили в дело. Москва — большой город, даже художники в нём выживают. А гватемальская глубинка? какова там цена вопроса?

То, какое значение имел календарь для земледельцев майя, лучше всего видно на примере племен, утративших его. Чешский путешественник Норберт Фрид в своей книге «Улыбающаяся Гватемала» приводит один любопытный факт: „В 1950 году многие мексиканские газеты сообщили об отчаянном положении индейцев-лакандонов в районах Хатате и Чулехуице. Им грозила голодная смерть. Но самоотверженные и бескорыстные люди сумели собрать достаточно большую сумму денег и доставили на самолетах в джунгли несколько тонн фасоли и маиса. Индейцы сообщили своим спасителям необыкновенную причину постигшего их бедствия: умер Панчо Вьехо — последний из лакандонов, кто разбирался в тайнах календаря и мог по звездам определить сроки основных полевых работ. После его смерти у племени было два неурожая только потому, что лесную поляну, которую они выжигали, заливало дождем, и индейцы опаздывали с севом”.

Тайна заброшенных городов майя не может не волновать любого человека с хозяйственной жилкой. Строили, надрывались — и ушли. Иной знаток ещё и подскажет: не ушли, а улетели. Они же со Звезды. Вернулись на родину. Чертёж космического аппарата с гробовой плиты покажет. Нет, ушли. И снова надрывались, таскали камни для храмов-ЦУПов. С лёгкой душой довожу до вас подробности: я всегда был против улёта майя на Звезду.

     Группа учёных под руководством профессоров Цинциннатского (Cincinnati) университета Николаса Даннинга (Nicholas Dunning) и Вернона Скарборо (Vernon Scarborough) раскрыли главную причину изменения окружающей среды, из-за которой Майя покидали свои города. Почему Майя жили на местности, где водоёмы, из которых они брали воду, более чем на полгода превращались в грязь?
     Исследования показали, почему многие ранние центры Майя были заброшены за полтора тысячелетия до того как в Южной Америке появились первые европейские колонизаторы. Также была обоснована причина перемещения Майя в новые области, где они создали тщательно продуманные системы водохранилищ, которые способствовали процветанию их цивилизации на протяжении веков.
     Первые поселения майя появились около 2000 лет до нашей эры. К 950 году нашей эры большая часть городов майя, расположенных в низменных районах, были покинуты. Некогда густонаселённые города оказались поглащены лесами, пока археологи не приступили к их расчистке в середине XIX века.
     Многие города были расположены вблизи ‘баджо’ — большой низины, находящейся в известняковых скалах. „В настоящее время воду в этих естественных прудах (и при том не слишком чистую) можно обнаружить только с июля до ноября, а затем баджо полностью высыхает. Вокруг городов не было других источников воды — рек, озер или хотя бы родников. Если баджо высыхали и при майя, совершенно непонятно, откуда люди брали воду в течение восьми месяцев”, — говорит Николас Даннинг.
     Чтобы разобраться в этом, ученые тщательно изучили топографию и гидрологию района Ла-Милпа в северо-западном Белизе в 1997 и 1998 годах, а также области между Яксхой и Тикалем в Северо-восточной Гватемале в 1999 году. К тому же, они проанализировали множество образцов осадка из баджо и котловин.
     Исследования показали, что баджо некогда были чистыми мелкими озерами. В сезонные топи их превратило постепенное изменение экологической обстановки от 400 года до н.э. до 250 года нашей эры. Примерно к концу первого века появились первые признаки обмеления баджо.
     С тех пор воды в них становилось все меньше — прежде всего из-за массовой вырубки лесов, вызванной увеличением населения городов майя. Леса стали редкими, в результате чего ускорилась эрозия (выветривание) почвы. В конце концов озерца оказались частично засыпанными пылью, торфом и остатками растений. В дальнейшем майя потеряли возможность использовать баджо как источник воды и покинули города.
По словам исследотваелей, их работа демонстрирует, что последствия уничтожения тропических лесов могут оказаться необратимыми: что бы ни произошло, баджо уже никогда не смогут превратиться в те чистые озера, которыми они были когда-то.
Источник: 07.08.2002
University of Cincinnati News: Maya Research with Dunning, Scarborough

     Цивилизация майя в Центральной Америке погибла в результате продолжительной засухи. Это удалось установить в ходе детальных климатических исследований, проведенных под руководством Геральда Хауга (Gerald Haug), профессора геологии из Потсдамского университета (Германия).
     Основой довольно сложно организованного общества майя служили крупные города на полуострове Юкатан (теперь это часть Мексики). Население их достигло максимума в восьмом столетии и составляло 15 млн жителей, но в течение девятого столетия цивилизация пришла в упадок по причинам, которые оставались до сих пор не до конца ясными. Теперь исследователи, изучившие образцы осадочных пород, высверленные из глубины бассейна Кариако (расположенного к северу от Венесуэлы), идентифицировали три периода интенсивной засухи, которая произошла в 810, 860 и 910 годах н.э. Эти даты соответствуют трем стадиям краха майя, утверждают ученые.
Хауг и его коллеги сопоставили полосы в образцах ежегодным влажным и сухим сезонам. После этого они детально проанализировали концентрацию титана в осадках, проводя замеры с промежутками в 50 микрометров. Титан — это индикатор ливней, потому что интенсивные дожди вымывают больше металла из земли, и он попадает в больших количествах в океанские донные отложения. Ежегодное различие в концентрации между влажным и сухим сезоном составляет целых 30 процентов. В промежутке, соответствующем IX–X столетиям, было проведено 6 тыс. замеров в 30 см. осадочных пород и найдены эти три абсолютных минимума.
     Кроме того, все девятое столетие страдало от недостатка дождей, так что это был очень засушливый период с тремя интенсивными засухами. Изменение климата было тем, что подтолкнуло общество майя к краху.
     Майя были умелыми астрономами, они постоянно следили за движениями солнца и луны, предсказывали затмения, объяснили движения планет и изобрели сложный календарь солнечного года. Они пытались предсказать свое будущее. Ученые нашли, что повторение засухи соответствовало циклу в 208 лет. Этот период почти идентичен известному циклу солнечной интенсивности в 206 лет, о котором, впрочем, майя не могли знать. Если бы они знали, что неблагоприятный период вскоре закончится, то, возможно, выжили бы.
     Эксперты по майя, впрочем, воспринимают эти выводы с осторожностью. „Любое объяснение не должно сводить весь комплекс проблем к одному фактору. Перенаселенность, экологические проблемы и экономические факторы также сыграли свою роль в том, что эта мезоамериканская цивилизация оказалась столь уязвимой, — говорит Джереми Саблофф (Jeremy Sabloff), директор Музея археологии и антропологии при Пенсильванском университете. — Однако уверенность в том, что изменения климата сыграли определяющую роль, возрастает. Возможно это была та соломинка, которая сломала спину прегруженного верблюда.”
     А вот археолог Норман Хаммонд (Norman Hammond) из Бостонского университета вовсе не уверен, что засуха принесла гибель майя. Он обращает внимание на то, что северный город Юкатана — Чичен-Ица не был покинут до XIII столетия.

Ищут — и находят точки соприкосновения Древнего Египта и майя. Об этом непременно поговорим в другой раз. Я, кстати, намеренно ввёл вас в заблуждение насчёт первых вдыхателей чужой табачной вони. Это были отнюдь не испанцы. Потом, потом.

В заключение два слова о боге Воды, который гораздо сильнее майанского бога маиса или египетского Осириса с его пшеницей.

Наука времени у египтян рождена мутным потоком разлива Нила — водой снизу. Наука времени майя рождена ливнями на полгода — водой сверху. Нил как разливался, так и разливается. А дождь 14 апреля на Юкатане однажды не пошёл и не пошёл.

Молотилов В.

Плоть и кровь